Ненужная королева. Начать сначала

Раздался скрип, треск, а потом с грохотом, поднимая облака пыли и ошметков, остатки сарая обвалились.

Где-то за забором громким лаем отреагировали встревоженные псы.

— Тихо.

Они тут же заткнулись. Сэм тоже стоял спокойно, только потряхивал седой гривой, да бил хвостом по бокам, отгоняя мух, налетевших на взмокшее тело.

Я потрепала его по холке и подошла развалинам.

Куча выглядела внушительной, но по крайней мере не скрипела и не норовила обвалиться прямо на голову.

Осталось только разобрать.

А вот тут-то и выяснилось, что я снова забыла о скудности человеческих сил. Если мелкие обломки я могла вытащить самостоятельно, то с бревнами дело обстояло иначе. Старик Сэм совсем не походил на тягловую лошадь, с помощью которой можно было разбирать завалы, да и от худосочной Лилии толку не было.

Придется снова наведаться к кузнецу.

Отложив повторную поездку на следующий день, я все-таки принялась за сад.

Наточив серп, так что он засверкал на солнце, я отправилась на борьбу с крапивой и метелками выше моей головы. Теперь у меня были перчатки, и мозоли появились не через пять взмахов, а спустя пару часов, когда я уже обкосила широкую площадку вокруг дома и пяток троп в гущу сада.

Свежескошенное Сэм есть не стал, поэтому я развалила крапиву на солнце. Сеном он точно не откажется похрустеть.

И снова я до самого вечера была занята тем, что таскала мусор на кучу. Она росла и ширилась, намереваясь заполонить собой все вокруг. Поэтому, с наступлением сумерек, я расчистила место, вырыла яму по колено глубиной, обложила ее поверху камнями и принялась сжигать обломки. Было жарко и дым стоял коромыслом, распугивая не только ошалелых комаров, но птиц, приютившихся в саду.

Кот сидел на крыше и недовольно щуря янтарные глаза, а псы и вовсе предпочитали наблюдать за огнем из-за калитки. И только Сэму было плевать, он как стоял, неспешно пощипывая клевер, так и продолжал стоять.

К вечеру в животе заурчало, Я не хотела ни крупы, ни лапши, ни творога, поэтому подозвала вожака и коротко приказала:

— Добудь мяса.

Стая тут же молча растворилась в подступающих сумерках, и вернулась, когда совсем стемнело. В пасти у главного безвольно болтался задушенный кролик.

Я освежевала его прямо в саду, скормив псам потроха и лапы, а тушку насадила на прут и примостила над огнем, время от времени переворачивая, чтобы равномерно прожарить со всех сторон.

В тот день ужин был поистине королевским. Сидя на бревне возле ласково потрескивающего огня, с краюхой мягкого хлеба и зарумяненной до корочки крольчатиной.

А вокруг тишина, и воздух такой…сладкий, сладкий…свободный. Как и я.

Глава 24

На следующее утро я снова отправилась к кузнецу в Сандер-Хилл.

— Что на этот раз? — спросил он без тени улыбки.