Ненужная мама. Сердце на двоих

– Прежде всего, хочу извиниться…

- За что? – хрипло уточняет Гор, не скрывая искреннего удивления. Он, как и я, готовился к скандалу, а сейчас расслабляет ладонь, перекладывает ее мне на поясницу – и крепче обнимает меня."

"- За то, что, погрузившись в работу, я пустил дела семьи на самотек, - пожимает плечами Виталий Кириллович. - Не заметил, что происходит с собственным сыном. Думал, мать лучше справится, - мрачно косится на Олесю Яковлевну, ни на секунду не отпуская ее, будто держит под контролем.

- Хм, справилась так, что я готов вычеркнуть вас обоих из жизни, - на эмоциях выпаливает Гордей, и я укладываю руку ему на грудь, ощущая, как за ребрами бешено бьется сердце. В унисон с моим.

- Понимаю. И разделяю твои чувства, - сцепив зубы, его отец переводит дыхание. Злится на притихшую жену, которая, кажется, скрывала от него правду, и мучается от вины перед сыном. - Я сам узнал обо всем только вчера, когда собрался ехать на день рождения Алиски, а оказалось, подарки надо выбирать сразу троим внукам.

- Нам ничего не надо, если…

- Прости, Виктория, - перебивает разъяренного сына и обращается ко мне. Его извинение как ушат ледяной воды в жаркую погоду. – Вижу, вы женаты? – мельком замечает обручальные кольца на наших сплетенных руках. – Поздравляю. Жаль, что не пригласили на свадьбу.

- Вика наотрез отказалась от шумного торжества. Счастье любит тишину, - объясняет Гор, повторяя мои слова. – Мы расписались и провели вечер в кругу родных и близких.

- Ясно, - с налетом обиды выдыхает отец. - Олеся раскаивается в том, что сказала. Она поступила так от шока и стресса, но мы все обсудили – и не будем препятствовать вашему союзу.

- Вы бы все равно не повлияли на наше решение.

- Сынок, прости меня, - подает голос Олеся Яковлевна и со слезами на глазах обнимает его. А потом и… меня, более сдержанно. – И ты меня прости, Вика.

Опешив от неожиданности, я могу лишь заторможено кивнуть. Сильнее прижимаюсь к Гордею в поисках защиты. Все равно верю только ему и не знаю, насколько искренна его мать.

- Виктория, приятно познакомиться с женщиной, которая спасла моего сына, - протягивает мне ладонь свекор, и я неловко вкладываю в нее свою. – Спасибо, - крепко сжимает.

- Я… просто… - теряюсь с ответом и не замечаю, как с губ срывается правда: - влюбилась.

Виталий Кириллович расплывается в доброй улыбке, а я вспыхиваю и краснею до корней волос, чувствуя, как в легких сгорает весь кислород. Не могу поверить, что все в порядке, а отец Гордея не станет нападать и оскорблять меня.

- Виктория, я могу?.. - поджимает губы, собираясь с духом, и взволнованно выпаливает: - Я хотел бы увидеть внуков. Познакомишь нас?

- Боже, да, - спохватившись, отступаю от дверного проема, который мы с Гором перекрыли, как два стражника. - Конечно, проходите.