Ненавижу любить тебя

Вздохнула и покрепче сжала ручки. Надо льдом разнёсся голос ведущего сегодняшнего шоу. Ну вот и всё. Совсем скоро.

* * *По мере того, как на льду появлялись участники шоу, градус всеобщего возбуждения становился выше. В какой-то момент я даже отвлеклась – такими красивыми были прокаты фигуристов. Большинство из них я уже видела в Санкт-Петербурге, но это было заключительное шоу турне. Самое масштабное и яркое.

– Браво! – закричала Дашка, громко хлопая только что закончившей прокат паре. – Браво! Вы супер!

Я покосилась на неё. Не помню, чтобы она когда-нибудь была яростной болельщицей. Но Даша улыбалась, а глаза её сверкали.

И тут всё стихло. На самом деле нет, но для меня стихло: у борта появился Кирилл.

Вдохнула поглубже и затаила дыхание. Дашина ладонь легла мне на колено.

– На льду многократный…

Усиленный динамиками голос ведущего заполнил весь стадион. А я смотрела на выехавшего на лёд Кира и буквально заставляла себя дышать. Исходящая от него дикая энергетика чувствовалась на расстоянии. И чувствовала её не только я – весь стадион буквально взревел, едва Кир сделал круг и остановился в центре катка.

– Ты представляешь, а мы ведь с ним учились… – задумчиво сказала Дашка.

– Да уж.

Я не сводила с него взгляда. Он, в свою очередь, не фокусируясь, оглядел трибуны. Если бы нас поставили рядом, я бы была на его фоне безликой тенью. Бледная, с синяками под глазами и всё такая же подавленная, как и в нашу несостоявшуюся брачную ночь. А он… Чемпион, вот он кто.

Под сводами катка зазвучала музыка. Не та, под которую он катался в Питере – более экспрессивная, даже злая.

Прямо с ходу Кирилл сделал каскад из нескольких многооборотных прыжков, и трибуны буквально посходили с ума. Овации на секунду заглушили мелодию. Кирилл сделал круг и скрутил ещё один прыжок. Стоя к нам вполоборота, расправил руки. На спине у него была мишень с красным сердечком в самом центре.

Чёрная рубашка, а на спине мишень…

В горле пересохло, моё собственное сердце подпрыгнуло и упало в живот.

Надо льдом звучала знаменитая «Paint It Black», а сердечко на рубашке было красным…

– Что это значит? – Я вцепилась в руку Дашки, будто она могла знать ответ. Голос дрожал. – Даш…

Кирилл в несколько подсечек пересёк каток и зашёл на новый элемент. Взмыл в воздух, и тут…

Я тихонько вскрикнула вместе с заполненным стадионом.

Кирилл лежал на льду. У меня похолодела кровь. Падение было ужасное. Он буквально рухнул словно подкошенный.

– Он головой ударился, – в смятении прошептала я, но, кажется, Даша меня не услышала.

Кирилл поднялся, словно ничего и не случилось. Я выдохнула с облегчением, но что-то было не так. Он больше не был одним целым с музыкой. Несколько шагов, разворот.… Может, мне показалось?

Но тут его повело в сторону.