Ненавижу любить тебя

Вечер был тёплым, и я вдруг поняла, что предложи Кир прогуляться, согласилась бы, не думая. Только что мечтала оказаться дома, закрыть дверь и отгородиться от окружающего мира, а стоило увидеть Кирилла, всё изменилось.

Только вот он ничего мне не предложил. Я задержала его, когда он хотел пойти к подъезду.

– Давай постоим пять минут.

Решимость сразу же передать ему просьбу отца стремительно таяла. Слишком тяжёлым был его взгляд.

– В чём дело, Карин?

Я поджала губы. Коротко выдохнула.

От некогда огромной сети спортивных магазинов, принадлежащей нашей семье, осталось два. И те дышали на ладан. Дело, на которое отец положил большую часть жизни, которое начал с нуля. Мысленно я напомнила себе о сладостях из папиного чемодана, о дизайнерских вещах и великолепном платье, в котором была на выпускном. А ещё о сегодняшнем медовике и папиной улыбке.

– Я могу тебя попросить кое о чём?

– Смотря о чём.

– Ты же знаешь, что у нас осталось два магазина, Кир. Нам нужна хорошая рекламная компания. А ты…

– Ты хочешь, чтобы я поучаствовал в рекламной компании ваших магазинов? – Не дав договорить, Кир смерил меня взглядом.

Недавнее ощущение спокойствия пропало.

– Да. Если бы ты стал лицом наших магазинов…

Его надменная, пренебрежительная усмешка заставила меня замолчать. Сафронов ещё раз смерил меня взглядом.

– Ты хоть знаешь, сколько брендов стоит ко мне в очередь? И каждый из них готов выложить сумму с кучей нолей только за то, что я поучаствую в рекламной съёмке. То, что я дал твоему отцу денег, не значит, что я буду вытягивать его из дерьма, в котором он увяз. Его корабль дал пробоину и идёт ко дну. Моя репутация – не заплатка.

– При чём тут бренды?! При чём тут репутация?! Я не прошу тебя ничего латать. Я прошу тебя…

– Стать лицом заведомо обречённого бизнеса, – резанул он.

Как ножом по живому. Пренебрежение в глазах, искривлённые губы вызвали приступ ярости.

– Да сам ты кто такой?! Нашу сеть знают! И даже то, что осталось два магазина, ничего не меняет! У нас есть имя!

– У вас было имя, – отчеканил он. – Вас знали. А сейчас у вас нет ничего."

"– У тебя тоже может ничего не остаться.

Пренебрежение стало просто необъятным. Как и исходящая от него самоуверенность.

– Считаешь, допрыгался до пары медалей и всё?! Что-то изменилось?! Ты…

Ладони коснулся холодный нос, потом тёплый язык. Я инстинктивно отдёрнула руку. Осеклась, не договорив. Пёс прикусил рукав моей куртки, потянул, словно пытался успокоить.

Я отошла. Качнула головой.

– У нас есть имя. Есть, Кирилл. Да, его почти забыли, но оно есть. А ты мог бы помочь воскресить его из пепла. Но ты же у нас звезда, – усмехнулась я. – Что уж тебе. У тебя бренды, контракты… Куча нолей.

– Не забывайся, Кари. В конце концов, ты мне никто. Не переходи границы.