Я ненавижу тебя! 3 и 4 книги

"

"Утренние процедуры немного, но отвлекли девушку от боли. Медсестра предложила ей инъекцию «Баралгина», это лекарство было обычным обезболивающим, и противовоспалительным, и после укола, боль притупилась.

Когда пришел Михен, Геля уже чувствовала себя более-менее сносно. И краснота под глазами исчезла. Поэтому блондин даже не заподозрил, что утром его гостья чуть с ума не сошла от болевого приступа.

– Привет, – улыбнулся мужчина, показывая идеально ровные белые зубы. – Я хотел бы с тобой позавтракать, ты не против?

– А если против? – недовольно буркнула Геля.

– Тогда можешь посмотреть, а я поем, – ухмыльнулся Михен, ставя столик перед ней и перекладывая туда тарелки с едой, со столика, который только что привезла медсестра. – Насколько я помню, высококалорийное лежачим больным нельзя. Так что буду вместе с тобой на диете сидеть.

Вздохнув, Геля взяла ложку и начала есть кашу, запивая ее какао с молоком. Да, в ее случае плотно кушать не имеет смысла. Чем меньше ешь, тем меньше ходишь в туалет.

– И откуда ты помнишь, про лежачих больных? – все же не удержалась и спросила она блондина, который молча уплетал кашу, между прочим, очень вкусную.

– У меня дед несколько лет назад с сердечным приступом целый месяц в постели провалялся, врачи говорили, что он не выкарабкается, – в глазах мужчины, Геля заметила промелькнувшую боль и даже вину, но он тут же будто смахнул с себя эти воспоминания и преувеличено бодро растянул губы в улыбке. – Но, слава Богу, все обошлось! Мы тогда вместе с мамой и бабушкой на больничную кашку подсели, так как практически жили в больнице, по очереди дежуря в палате деда. Мне тогда впервые пришлось много дел взять на себя. И решения принимать очень сложные…

Геля с удивлением увидела тепло и грусть в глазах мужчины.

– Ты очень любишь своих родных. Наверное, они тобой очень гордятся, – не удержалась и высказала она свои мысли, чувствуя легкую зависть к этому баловню судьбы.

– Вот ты знаешь, – Михен неожиданно посмотрел на нее серьезным взглядом, от чего стал выглядеть старше и мудрее, – на самом деле, до сердечного приступа деда, я был не особо образцовым внуком и сыном. Я вообще был тем еще уродом, – Михен хмыкнул не без горечи, и отвел свой взгляд, смотря куда-то вдаль, – и только лишь когда понял, что дед не вечен, да и родители тоже, … только лишь тогда задумался о том, что творю. Я после того случая сильно изменился. Ты даже не представляешь насколько сильно.

Михен грустно вздохнул и начал размазывать по тосту ножом кусочек сливочного масла.

– Мне кажется, они бы тебя в любом случае любили, – покачала головой Геля, и автоматически взяла из рук блондина готовый бутерброд, который оказывается он, делал для нее.