#НенавистьЛюбовь

Чего мне только стоило решиться на этот звонок – сердце едва не выпрыгнуло из груди, когда я услышал ее голос – обеспокоенный и чуточку обиженный. До безумия родной.

– Я приехал. Встретимся у тебя в корпусе? – сходу предложил я.

– Давай, – осторожно согласилась Дашка. И я готов был поклясться, по моему голосу она уже что-то поняла.

– В холле рядом с языковым центром. Идет?

– Идет.

– Тогда через пять минут буду.

– Дань, а что случилось?.. – спросила она, но я резко отключился.

Дашка пришла быстро, а я стоял в стороне, за дверью, ведущей на лестницу, и смотрел на нее. Боялся – как последний трус.

Я не хотел ее бросать.

Не хотел от нее отказываться.

Я не мог.

И все-таки покинул свое убежище. Огонь в груди трещал и искрился.

Дашка увидела меня издалека, тотчас вскочила с диванчика и бросилась ко мне. В ее глазах было столько нежности, что я пошатнулся. А когда она меня обняла, я понял, что окончательно пропал. Мне хотелось прижать ее к себе, привычно запустить пальцы в волосы, поцеловать, но я не мог. Я не имел на это права, черт возьми!

На секунду, все же не выдержав, я обнял Дашку в ответ – осторожно, словно она была чужой. А потом отстранился, удерживая за плечо, чтобы сохранить между нами дистанцию.

– Дань, что такое? – испуганно спросила Дашка.

– Нам нужно поговорить. Садись, – сказал я. Сам не знаю, откуда во мне появилось столько обреченного спокойствия."

"Мы опустились на диван. Она молчала, глядя на меня большими встревоженными глазами, а я не мог начать разговор.

2.42

– Даня, мне страшно. Что случилось? Почему у тебя такой вид? Почему ты мне не писал и не звонил? Скажи мне, почему? Я даже спать спокойно не могла – только о тебе думала. А ты пропал. Тебя что, заставляли сидеть на твоей конференции сутками? Почему ты себя так ведешь? Я сделала что-то не то или… ты сделал?

Я увидел, как она стиснула ладони, и выдохнул.

Прости меня, Даша – это все, о чем я тогда думал, находясь на плахе из собственных ошибок и слов.

– Ты ничего не сделала. Во всем виноват только я.

– В чем? – спросила она.

Прости меня, Даша.

– Нам надо расстаться. – Приговор привели в действие. И меня не стало. В ту минуту я перестал жить.

Прости меня, Даша. Пожалуйста.

– Что?..

Ее зрачки расширились от ужаса. Щеки побледнели. Голос охрип.

Когда внезапно – всегда больнее. Когда на полпути – всегда острее.

Я отлично знал это. Я делал это специально, проклиная себя.

Сначала она думала, что я шучу, потом разозлилась – схватила меня за ворот бомбера. А потом я увидел в ее глазах то, чего так боялся. Разочарование. Ненависть. Презрение.

Ее взгляд резал как по живому. А огонь в груди так распалился, что сжирал меня заживо. Я сам стал огнем. Сгорал за нас двоих.

Дашка хотела знать почему. Из-за чего я бросаю ее. Для чего. И я врал ей.

– Ты – славная.