Извращённая ненависть

Даже когда я думал, что ненавижу ее, я уже смягчался по отношению к ней. Каждая улыбка, каждый смех и каждый разговор разрушали образ, который я создал в своем сознании, пока я не остался с кем-то, кого я не знал, но не мог отпустить.

- Ты уже извинился, ” сказала она.

“Нет, я этого не делал”. Я сделал еще один шаг к ней. “Мне жаль, что я попросил Аву прекратить ее дружбу с тобой. Это было пиздец ”.

Джулс отвернулся. “Все в порядке”.

“Это не так. Даже если я не хотел, чтобы ты это слышал, ты это сделал. Я причинил тебе боль, и мне жаль ”.

Она покачала головой. По ее щеке скатилась слеза, серебряно блеснув в лунном свете, и что-то в моей груди треснуло. “Когда-то давно ты бы никогда не извинился”.

“Когда-то давно я был придурком”.

“Кто сказал, что ты все еще не такой?”

Небольшая улыбка изогнула мои губы, но она исчезла, когда Джулс заговорил снова.

“Что мы делаем, Джош? Предполагается, что это просто секс ”.

Я тоже твердил себе то же самое. Но я чертовски устал притворяться, что наше соглашение не превратилось во что-то, что не могло быть ограничено правилами, и мысль о том, что Джулс считала, что я использую ее только для секса, даже если она согласилась на это, заставила мое сердце скрутиться в жестокий узел.

У меня не было проблем с сексом без обязательств. Черт возьми, это было все, чему я предавался с тех пор, как начал заниматься сексом. Но с Джулс это казалось неправильным, как сшитый на заказ костюм, который все еще не подходит.

""Есть разница между тем, чем что-то должно быть, и тем, чем оно является на самом деле, Ред"".

Вот оно. Признание, тонко замаскированное под двусмысленность.

Это задержалось в воздухе, который стал таким тихим, что я мог слышать учащенное дыхание Жюля и каждое тиканье дедушкиных часов в углу.

Тик. Тик. Тик.

Я не знал, когда перестал ненавидеть Джулс и начал страстно желать ее. Все, что я знал, это то, что я сделал, и я никогда не хотел возвращаться.

“Может быть, этого не должно быть”.

Я успокоился. “Что, - спросила я, мой спокойный голос противоречил внезапной буре, бушующей в моих венах, - это должно означать?”

Джулс вздернула подбородок, но я заметил легкую дрожь в ее голосе. “Это значит, что мы должны встречаться с другими людьми. Наше соглашение не является эксклюзивным. Пришло время воспользоваться этим пунктом ”.

Темный, уродливый зверь поднял голову и зарычал в моей груди. “Нахрен мы это сделаем”.

С кем, черт возьми, она вообще может хотеть встречаться? Ашер Донован? Этот ублюдок был отъявленным бабником, и он даже не жил в Вашингтоне.

“Таковы были правила”, - отметил Джулс.

“Правила меняются”.

“Нет”. Она медленно отступила назад, в ее глазах появился намек на панику. “Не с нами”.

“Раньше у тебя никогда не было проблем с нарушением правил”.

Я шагнул к ней; она отступила.