Извращённая ненависть

Но я уверен, что это не так. Тыокончил Гарвардский медицинский университет — почти в самом конце класса, но ты закончил его. Это кое-что значит.

Рот Мики открылся, в то время как комок эмоций свернулся в моем горле и отказался сдвинуться с места.

Я не мог припомнить, когда в последний раз кто-то заступался за меня. Это было странное чувство — теплое и густое, как мед, скользящий по моим венам.

“Несмотря на это, я не ценю твою грубость по отношению к моему кавалеру”. Голос Джоша стал жестче.

“Это рабочее мероприятие, так что извинись, уходи, и мы оставим все как есть. Но еще раз проявите неуважение к Жюлю, и я сам отправлю вас в отделение неотложной помощи.

Ноздри Мики раздулись, но он не был настолько глуп, чтобы спорить. Не тогда, когда Джош выглядел так, как будто он активно надеялся, что другой человек выйдет из строя, чтобы он мог его расколоть.

“Мне очень жаль”. Жесткие извинения Мики содержали столько же искренности, сколько крокодильи слезы. Он развернулся на каблуках и зашагал прочь, его тростниковое тело дрожало от ярости.

Тяжелая тишина опустилась на его след.

Некоторое напряжение покинуло тело Джоша, но линия его челюсти оставалась жесткой.

Я попытался и не смог проглотить стойкий комок в горле. “Тебе не нужно было этого делать”.

“Делать что?” Он отвинтил крышку своей бутылки с водой и сделал глоток.

“Защити меня”.

“Я не защищал тебя. Я назвал мудака за то, что он мудак ”. Он искоса взглянул на меня. “Кроме того, я единственный, кто может быть придурком для тебя”.

Я издал смущающе водянистый смех. Я так привык сражаться в своих собственных битвах, что не был уверен, как справиться с тем, что кто-то рядом со мной.

Джош должен был стать моим заклятым врагом, но он оказался моим союзником. В данном конкретном случае, во всяком случае.

“Ну, если есть одна вещь, в которой ты преуспеваешь, это быть придурком”. Я потерла юбку между пальцами. Гладкий хлопок успокоил мои нервы.

“ Я преуспеваю во всем, Ред. Томный протяжный голос Джоша окутал меня, как теплое одеяло.

Наши глаза встретились и удержались. Электрический заряд вспыхнул в воздухе между нами и прожужжал у меня по спине.

Я знала Джоша много лет, но это был первый раз, когда я увидела его в таких смелых, кропотливых деталях.

Резкий изгиб его скул, сужающийся к сильной челюсти. Насыщенные темные глаза, похожие на тающий шоколад, окаймленные такими длинными ресницами, что их наличие у мужчин должно быть незаконным. Изгиб его бровей и твердый, чувственный изгиб его губ.

Как я раньше не замечал, насколько невероятно, потрясающе великолепен Джош Чен?

Конечно, я знал это на интеллектуальном уровне, так же как знал, что земля круглая, а океаны глубокие.