Сволочь ненаглядная

 – Расплачиваться будем?

Я полезла во внутренний карман куртки. Всегда храню деньги в разных местах, часть лежит в сумочке, на всякий случай, а те, что предназначены на хозяйственные расходы, – в куртке. Я делаю это не потому, что опасаюсь воров, просто, когда вся сумма под рукой, покупаю всего больше, чем надо. Вот и сегодня я собиралась пойти на оптушку.

Директор взял пятисотрублевую купюру и отрезал:

– Можете быть свободны!

Провожаемая презрительным взглядом продавца, я вылетела из отдела и, не задерживаясь нигде, понеслась на улицу. Холод моментально схватил за коленки. Зимой я практически никогда не надеваю юбку, предпочитаю брюки, хорошо хоть сегодня не так морозно, да и колготы теплые. Переведя взгляд на ноги, я вздрогнула и чуть не разрыдалась. По извечной женской привычке я надела под джинсы рваные колготки. Раздеваться мне не перед кем, а дорогие «Омса-велюр» жалко! В голову сразу пришел анекдот: «У армянского радио спросили, кто такая «шикарная дама»? Ответ – та, у которой под брюками целые колготки». Кстати, а где мои джинсы и пуловер? Лежат себе преспокойненько у директора на диване! Я вылетела вне себя из кабинета, прихватив только куртку. Может, вернуться и переодеться? Ну уж нет, пусть подавятся моей одежонкой! И, гордо сверкая дырками на черном трикотаже, я двинулась к метро.

Но на входе меня поджидало новое унижение. В карманах – ни копейки, пришлось жалобно умолять дежурную:

– Понимаете, сумочку украли. Там все – ключи от квартиры, кошелек, сделайте милость, пустите бесплатно!

Пожилая женщина в форменной одежде окинула взглядом мою довольно грязную китайскую куртку, потом уставилась на почти голые колени.

– Ключи, говоришь, и деньги, – усмехнулась она, – давай ступай отсюда, бомжа убогая.

– Вы не имеете права прогонять пассажира!

– Ты не пассажир, – рявкнула женщина, – а побирушка. Покупай билет и езжай.

– Так денег нет…

– Нет денег, нет и метро! – пояснила дежурная и добавила: – Вали отсюда, пока милиция не пришла.

Я встала у кассы и робко попросила у дамы в красивой нутриевой шубе:

– Будьте любезны, не могли бы вы одолжить мне на проезд?

– Молода еще милостыню просить, – хмыкнула та и ушла.

Заветные рубли не дала и девушка в вязаной шапочке. И парень в дубленке, и мужик с роскошным кейсом… А еще уверяют, будто нищие отлично зарабатывают! В конце концов, совершенно отчаявшись, я тронула за рукав худенького мальчишку с ранцем примерно Кирюшкиного возраста. Подросток вздохнул и отсчитал монетки.

– Спасибо тебе! – с чувством воскликнула я, покупая билет на одну поездку.

– Не за что, – буркнул паренек, потом глянул на мои колготы и добавил: – Вы бы колоться бросили, небось дети есть.

– Почему колоться? – удивилась я.