Ненаглядная жена его светлости (СИ)

Кора долго причитала, что, мол, негоже так, и как это миледи – и в ношеном! Да, в чистом, но всё равно, не по статусу её светлости надевать то, что носят простолюдины!

Однако  одним из своих платьев с госпожой поделилась.

– Может, и правда так лучше, – засомневалась позже Кора, рассматривая Риву и герцогиню. – Ни к чему дразнить гусей. А так вас за местных примут.

– Знакомых встретим, что скажем, кто это с нами? – буркнул Римус. – Не в поле едем, в город!

– А... а племянница моя, Маниша! Из Костырек, – после секундного раздумья решила Кора. – На свадьбу Ривы приехала. Вот и повод для всех!

– Ох, и хитрый же вы, бабы, народ! – восхищённо прищёлкнул языком Римус и тут же стушевался: – Прошу прощения, ваша светлость! Это я не про вас!

– Ничего, я так и поняла. Едем? Дорога неблизкая...

Кора отступила в сторону, её муж поправил шапку, разобрал вожжи и хлопнул ими по крупу лошади.

Глава 26

Лошадь шла бодрым шагом, только изредка переходя на рысь, и в Гладов они приехали ближе к вечеру.

По большей части дорога вилась по безлюдной местности мимо  холмов и вдоль лесных массивов, кое-где разделённых обширными луговинами.

За всё время им встретилась  лишь одна деревенька в полтора десятка домов. Сами жилища и их обитатели  выглядели  серо и непритязательно.  Одного взгляда хватило, чтобы понять – деревня не живёт, а выживает.

– Что же  герцог не следит за своим имуществом? – не выдержала Соня.

– Нет, милорд следит! Только к чему тратиться, если  вдовствующая герцогиня Д’Аламос здесь совсем не появляется? – отозвалась Рива. – А нам и так хорошо, мы на его светлость не в обиде.

– Я про деревеньку, – пояснила Софья. – Еле живая же. Сколько там народа живёт? Чем занимаются?

– О, миледи, но Медные Родники – свободное поселение, оно никому не принадлежит! И земля, на которой она расположена, находится за пределами герцогства! – всплеснула руками служанка. – Вот оттуда и дотуда – вольные земли. А дальше опять герцогство. Чем живут? Огороды сажают, скотину держат. Мне мама рассказывала, что ещё прежний герцог зазывал жителей к себе, сулил хорошие подъёмные и жалованье, да народ не решился продаться. А теперь от деревни полтора десятка домишек осталось.

– Почему звал? Почему не согласились? – Соня поняла, что ничего не понимает.

– Думаю, хотел прирезать клин, что делит герцогство, чтобы  получился ровный край, а не со щербиной, как сейчас. Потом, смотрите на во-он тот  холм,– девушка показала в сторону от дороги. – Там рудник, только он давно заброшен. Сколько себя помню, так и стоит.  Рудник принадлежит деревне, его светлость хотел выкупить  у деревни вместе с куском земли, да староста упёрся.  Пожадничал, вот и не получил ничего. Как только  деревенские задрали цену, герцог сразу же ввёл пошлину за провоз по своей земле.