Немые вопли

Но рука Натаниеля крепко и беспощадно сжимала ее руку, словно он чувствовал ее стремление к бегству.

Шаги их становились все медленнее и медленнее. С ветвей кряжистых елей свисал влажный мох, на земле лежали остатки старой, покрытой мхом изгороди. Она вспомнила эту изгородь. Двенадцать лет назад она еще стояла.

Трава доходила им почти до колен.

Эллен вытерла мокрое от дождя лицо. От холодной сырости у нее распухли руки. Тяжесть на душе становилась все более и более невыносимой, как это бывает при глубокой, болезненной депрессии.

— Теперь я еще сильнее чувствую присутствие какого-то одинокого существа, — прошептал Натаниель. — А ты?

Эллен кивнула, замерев от страха.

— В тот раз я тоже это чувствовала. Но присутствия остальных я тогда не ощущала.

— Ты ощущаешь их благодаря мне — через меня. Но это одинокое создание ищет тебя. Ты была права, Эллен, это женщина.

— Но как же мы сможем…

Натаниель вскрикнул и прижал Эллен к себе, спрятал ее лицо у себя на груди.

— Не смотри туда! — воскликнул он. — Ради всего святого, не смотри туда!

12

Они вышли на небольшую поляну. Поблизости виднелись остатки каменных стен давно заброшенного хутора.

— О, Господи, — произнес Натаниель.

— Я ничего не вижу, — жалобно сказала Эллен. — Это те самые дома?

— Нет, нет. Разве ты не видишь изгородь?

— Свалившуюся изгородь? Но где она? Он неохотно отпустил ее, и она огляделась по сторонам.

— Нет, я ничего не вижу… — растерянно произнесла она.

Натаниель не ответил. Уголки его рта опустились в гримасе отвращения. Он смотрел на что-то, невидимое ей, впереди них.

— Но я чувствую, — стуча зубами, сказала Эллен. — Кто-то смотрит на меня. Я ощущаю вокруг себя ненависть, насмешку и презрение, я чувствую горячую мольбу о помощи и не желаю здесь больше оставаться.

Только она хотела удрать, как Натаниель снова крепко схватил ее.

— Не поддавайся панике, — строго сказал он. — Это все равно не поможет. Наоборот. Ты, конечно, можешь удрать, но тогда все останется на той же стадии, что и раньше. Ты не сможешь отделаться от этого переживания, а те, что ищут твоей помощи, останутся ни с чем. Я не слышал более горячей мольбы о помощи — и она адресована не мне, а тебе, хотя я и могу понять все это. О, Господи, как я все это понимаю!

— Это женщина смотрит на меня, не так ли? Он задрожал всем телом.

— Да. Это она просит тебя о милосердии.

— Это злодейство… — жалобно произнесла Эллен. — Это жуткое злодейство! Откуда оно взялось? Это зло внедряется в меня, прижимает меня к земле. Что же нам делать?

В лесу послышалась мрачная похоронная музыка. Эллен задрожала всем телом, чувствуя холод и страх.

Натаниель продолжал настороженно смотреть вперед."

"— Это самое фантастическое видение из всех, что встречались мне, — медленно произнес он.