Немые вопли

Девять внуков Ветле казались ей очень похожими, как говорят, «на одно лицо». Единственный, кого она выделила из этой массы, был Габриэль, сын Карине, племянник Натаниеля. Этот мальчик с серьезными, умными глазами внимательно смотрел на Эллен.

Да, в гостиной Липовой аллеи собралось большое общество.

Дети тоже были вместе со взрослыми, ведь они были уже не маленькими — самому младшему из них десять.

Кнут Кнутсен Скогсруд был в полном замешательстве. Он никак не мог уяснить себе, что вмиг обзавелся большой родней — и какой родней! Но Андре с родословной в руках доказал ему, что они родственники. Да, согласился Кнут, это верно, что его несчастного отца звали Эрлингом, а его деда — Кнутом. Да, он знал также, что мать его деда звали Эммой. Все сходилось, и Мали была ужасно горда тем, что оказалась их ближайшей родственницей. Она и ее сын Рикард. Эллен с Рикардом обнялись и стали смеяться от радости.

Эллен тайком посматривала на родословную, чтобы узнать, в каком родстве она находится с Натаниелем… Но чтобы выяснить это, ей нужно было вернуться к 1500-м годам!

Это обнадеживало.

Кнут рассказал, что его старая мать по-прежнему жива и что он будет рад рассказать ей обо всем. Сама она не из рода Людей Льда, но эта новость будет ей интересна.

— Значит, теперь мы можем добавлять к своему имени это уточнение: «из рода Людей Льда»? — со смехом произнес Кнут. Он был спокойным и солидным мужчиной, но с какой-то нервозностью в движениях. Он сказал, что это осталось еще с тех времен, когда он ребенком со своей матерью скрывался от отца.

— Конечно, вы можете считать себя Людьми Льда, — подтвердил Андре.

— Но официально мы не пользуемся этим именем, оно означает лишь кровную связь, так что именем этим не могут, к сожалению, пользоваться те, кто женился или вышел замуж за урожденных Людей Льда.

После того, как легкий ужин и всяческая суматоха были закончены, семейство Скогсруд узнало историю рода Людей Льда.

Эллен слушала, затаив дыханье.

Она почти не общалась с Натаниелем, сидевшим далеко от нее. Но чувствовала себя превосходно среди этих благородных и добросердечных людей. Кнут решил вернуть свою прежнюю фамилию, Скогсруд; и он был рад узнать о причинах поведения своего отца, Эрлинга. Не его вина была в том, что он переменился, стал злобным и жестоким. В нем заговорило древнее родовое проклятие. Да, теперь, увидев старую Бенедикту и молодую Туву, они поняли трагедию их рода.

Но Ветле, встречавший Эрлинга Скогсруда в Испании, рассказал не все. Он не сказал о том, что эта тварь высунула из своей норы свою жуткую руку и чуть было не утащила его туда. Они не знали, жив ли по-прежнему Эрлинг Скогсруд и является ли он одним из преданных рабов Тенгеля Злого. Со временем они могли выяснить это в случае необходимости.