(Не)Мой (Не)Моя (СИ)

 — Или есть добровольцы?

— Есть! — я обернулась, чтобы посмотреть на смельчака.

Обычный парень лет двадцати: мордастый и светленький, держался вроде бы уверенно, смотрел прямо, одет как многие студенты, явно не сын богатых родителей. Это все, что лично я могла бы сказать о нем.

Примерно пару минут Артем Каминский молчал и смотрел, затем задал вопрос:

— Земля — какая по счету планета от солнца?

— Третья, — мальчик растерялся, но ответил верно.

— А сколько у человека пар ребер?

После продолжительного молчания сдался:

— Я не знаю.

— Не петербуржец, с севера, скорее всего, сибиряк. Привык работать руками, не гуманитарий, сюда занесло случайно: психолог вроде как престижнее, чем сварщик?

Вопрос, но парень просто отвел взгляд в сторону.

— Переводись. Рабочие руки всегда нужны, а у тебя еще и голова не пустая, и есть очень большой плюс, в отличие от многих в этой аудитории.

— Какой? — парень сам удивился.

— Ты не сидишь в туалете долго: сделал дело и пошел смело. Кто таким еще похвастается?! — обвел взглядом аудиторию.

— Да, есть такое, — рассмеялся студент. — С детства наморозился. Привычка.

— Девушки оценят, поверь. А пар ребер у человека двенадцать, запомните все для общей эрудиции.

Я улыбнулась, а зал рассмеялся. Интересный опыт, хорошая лекция и практикум. И чего Сергей туман наводил и пугал экспериментальностью? Этот Каминский вполне нормальный.

— А можно теперь меня? — вызвалась Олеся Зайцева, моя студентка.

— С удовольствием, — загадочно отозвался Артем Владимирович, разглядывая местную звездочку. Симпатичная, фигуристая блондинка, молоденькая и самоуверенная. Нагловатая, но ее возраст и внешние данные прощали ей это.

— Сначала уточню: здесь всем есть восемнадцать?

— Всем, — ответил один из преподавателей, но как-то настороженно.

— Вы южанка, — утвердительно заявил. Олеся почему-то загнанно осмотрелась и отрицательно покачала головой:

— Не-е-ет, — но даже я, не детектор лжи, слышала стыдливость за свое рождение не в той локации. Глупость какая…

— Ключи на вашем столе со значком элитного ЖК на Крестовском. Вы специально их достаете, чтобы продемонстрировать принадлежность к элите, но такие выдают тем, кто снимает кладовку: вероятно, в складчину с подругами, чтобы переодеться и выйти к мужчине из клубного дома.

Девушка покраснела, а подбородок задрожал. Она смотрела на кого-то, но с моего места непонятно, на кого. Мне захотелось остановить эту пытку. Это уже не безобидная дискуссия.

— Ну и, скорее всего, вы состоите в интимной связи с кем-то из деканата. Вероятно, этот человек здесь, — чувствовалось, что он понял, с кем, но хотя бы не показал взглядом.

Всем стало неловко. Взрослым стало, а кто-то откровенно смеялся и бросался остротами. Кажется, я начинала понимать, что к чему.