Меч Немезиды

 – Так вы с оружием?!

– Ну а как же! – Пит хлопнул его по плечу. – У вас тут стремно. Бандиты разные тусовки бьют. Да и вообще… Мало ли что? Без волыны сейчас никуда. Сами знаете. А у меня вообще вилы… – Пит перешел на доверительный тон и понизил голос: – Меня, знаете ли, не все любят, пацаны. Не, любят, конечно… Но не шибко. Многие хотят маслину в башку загнать. А мне что делать?

Один из здоровяков выступил вперед:

– Разрешение на оружие есть?

Пит кивнул:

– Конечно, есть. В машине осталось. – И сочувственно улыбнулся: – Ну и дурак же ты, братец! Где ты видел, чтобы на гранаты разрешения выдавали? И чего ты мне такие вопросики задаешь? Ты что, мент? Может, у вас мусорская контора?

Вопрос был провокационным и очень опасным. Администратор вытер лоб несвежим синим платком.

– С оружием нельзя, господа, – сказал он. – При всем уважении, нельзя. У нас определенные правила и…

– Хорош понтиться, фраер, – на этот раз фраза Лисицина прозвучала жестко, как удар тяжелого молота по раскаленной заготовке. В стороны брызнули огненные искры смертельной угрозы.

Ни прежней напускной веселости, ни желания балагурить, ни показного послушания. Сквозь маску беспечного рубахи-парня проступил истинный облик опасного хищника. Лютого и беспощадного.

– Что ты тут гонишь?! «Правила», «господа»… Совсем охерел, не сечешь, с кем базаришь?

Казалось, что из его оскаленного рта выглядывают острия клыков.

– Я вас всех на воздух подниму! Хочешь?!

Пит достал гранату и взялся за чеку.

Атмосфера в фойе респектабельного казино «Алмаз» наэлектризовалась и сгустилась, она стала вязкой и раскаленной, как лава в жерле готового к извержению вулкана.

– Ну?! – рыкнул Пит.

Пыж и Толченый сунули руки под одежду.

Администратор попятился. Охранники тоже не спешили проявлять чудеса героизма. Хорошая зарплата не окупает ссоры с убийцами. А мощные мышцы и дорогой костюм не спасают от пуль, взрывной волны и осколков. Короче, умирать за тысячу долларов в месяц дураков нет.

Но телекамеры передавали картинку происходящего везде, куда нужно. И один из здоровяков тихо комментировал происходящее в микрофонную гарнитуру. Поэтому в самый драматический момент в вестибюле появился Григорьев. Прямая осанка, уверенная неспешная походка. Нарядный, вальяжный, властный, он вполне оправдывал свое прозвище Пан. Администратор перевел дух.

– Извините… Вам лучше поговорить с руководством, – с трудом проговорил он, тыча дрожащим пальцем в сторону величественной фигуры Пана. Горло перехватывали спазмы страха, но постепенно голос становился громче: теперь стрелки переводились с него на директора.

– Это кто «руководство»? – Пит повернулся к Григорьеву. – Ты, что ли?

– Добрый вечер, – сказал шеф-директор.