Меч Немезиды

Но у одного это трехэтажный особняк с бассейном и сверкающий лаком джип «Лексус», а у другого – железнодорожный контейнер на шести сотках и ржавый «Запорожец». В статистике и налоговых сводках качественные отличия мудро не учитываются, поэтому в документах они выглядят совершенно одинаково, поддерживая миф о растущем благосостоянии граждан.

Если генерал Черкасов относился к первой категории даче– и автовладельцев, то полковник Анисимов – явно ко второй. Правда, контейнер он давно обложил кирпичом и пристроил к нему еще две комнатки, а вместо анекдотического «Запорожца» ездил на престижных тридцать лет назад «Жигулях-тройке» с дважды переваренными коробами, но, по большому счету, дела это не меняло.

Затормозив у хлипкого забора, Карпенко подумал, что, насколько разительно отличается обстановка, окружающая генерала и полковника, настолько различным окажется их мировоззрение. И ответы на его предложение тоже окажутся диаметрально противоположными.

«Мир хижинам, война дворцам»? Изначально лозунг совершенно бредовый, но если проехаться по Рублевке, то справедливость коммунистического призыва представляется не такой уж спорной… О чем думают они – там, наверху? Что в случае опасности для страны богатенькие и наделенные привилегиями буратины с оружием в руках защитят идеалы анархического капитализма? Что новые русские и высокопоставленные чиновники будут с гранатами бросаться под танки, грудью закрывать амбразуры, стоять насмерть, прикрывая отход своих товарищей, и проявлять другие чудеса самоотверженности и героизма? Да нет, не могут они такого думать, не полные же они идиоты… Тогда на что надеются? Что ничего не произойдет и помощь народа им не понадобится? Что в случае опасности успеют свалить за кордон? Или вообще не задумываются о завтрашнем дне, досыта теша свои потребности сегодня? Скорей всего, что так…

Карпенко взглянул на часы. Семь пятьдесят. Анисимов должен возвращаться с утренней пробежки. Он следит за собой и тщательно поддерживает физическую форму. Значит, надеется вернуться в строй…

Из рощи выбежал человек в синих, с белой полоской тренировочных штанах и в обычной белой майке. Бежал он достаточно резво, крепкие ноги в кроссовках легко отталкивались от схваченного утренним заморозком проселка, голый торс бугрился мышцами. Бегун приближался. Карпенко никогда не видел Анисимова, а фотография в личном деле была старой, поэтому наверняка узнать его он не мог. Но трудно предположить, что рядом живут два любителя утренних пробежек с одинаковыми привычками и что бегают они в одно время. Тем более что проводивший рекогносцировку на местности Королев говорил только об одном.