Нам нельзя

Я прячу улыбку и, с трудом перебирая ногами, направляюсь за мамой. Почему она вообще так всполошилась? Разве пора разрезать торт? Запускать фейерверки?

— Представляешь, родители Ромы хотят пригласить нас к себе на дачу.

— Когда? — спрашиваю я онемевшими губами.

— Завтра. Отметим наступивший новый год, попаримся в бане. Ну и породнимся, — она после этого звонко смеётся.

— Я никуда не поеду.

Я резко выдёргиваю руку и останавливаюсь посреди зала.

Мама хмуро смотрит на меня и недовольно поджимает напомаженные губы. Наверное, это впервые, когда я пытаюсь ей перечить. Я, послушная дочь своих родителей, хочу повести себя как маленькая и капризная девочка. Хочу топать ногами и визжать во весь голос, что никуда не поеду, потому что завтра меня будет ждать он. Мужчина, в которого я втрескалась по уши ещё в первый вечер знакомства. Только мама этого не поймёт и не примет. Она вообще редко когда меня понимала.

— Это ещё что за выходки, Вероника?

— У меня на завтра планы.

— Какие планы? — мама оглядывается по сторонам, проверяя, не смотрят ли на нас гости, а мне, пожалуй, совершенно плевать, что подумают другие."

"— Мы с Яной собирались… встретиться с сокурсниками.

— Чушь, Ника, — она расслабленно улыбается. – Надеюсь, ты понимаешь, что встречу придётся перенести?

Я тяжело вздыхаю и чувствую, как от обиды к глазам подбираются слёзы. Ещё пять минут назад я была так счастлива: плавилась словно воск от приятных поглаживаний Глеба, таяла от его хрипловатого голоса и взлетала до небес, потому что он наконец-то сделал шаг мне навстречу. Не оттолкнул. Не покрутил у виска. Он захотел меня ещё раз увидеть, и если завтра я не приду, то всё рухнет. Он вернётся в Москву, и мы никогда больше не увидимся. Не попробуем узнать друг друга. Не поймём, перерастёт ли наше влечение во что-то большее.

— Пойдём-пойдём, — подталкивает меня мама. — У тебя ещё будут встречи и с друзьями, и с Яной. Я понимаю, что вы с Ромой в ссоре, но поверь мне, это отличный повод сблизиться и нормально поговорить. Один день, дочь. Всего один день.

Мой отец стоит в компании родителей Ромки и его самого. Они оживлённо о чём-то болтают и весело смеются, попивая алкоголь. Я оборачиваюсь назад в попытке найти взглядом Глеба, но его, как назло, нигде нет. Возможно, он попал в лапы очередной свободной женщины, жаждущей с ним потанцевать. Или вовсе уехал.

— А вот и Ника! — довольно улыбается папа. — Мама сообщила тебе, что завтра утром мы уезжаем на дачу?

— Сообщила, — вклинивается мама. — Она не против.

— Вообще-то у меня были планы.

Присутствующие тут же стихают. Мать Романа, Диана Владимировна, удивлённо вскидывает свои идеальные брови, а Виктор Сергеевич, его отец, деликатно откашливается и отводит взгляд в сторону, но тоже выглядит не совсем довольным моим ответом.