Казнить нельзя помиловать

Кэп не любит вспоминать прошлую жизнь, лучше не нервировать его перед, во время и сразу после прыжка! Да и в другие моменты тоже.

— Но вкратце ты можешь объяснить? Без подробностей?

— Ты не успокоишься, да? — вздохнул омон. — Ладно, но только вкратце. Кэп крайне неудачно женился. Вернее, сначала думал, что очень удачно — по любви. А вышло… Плохо вышло, в общем. Жена его предала, и он… Пожалуй, это все, что тебе нужно знать. Цени его отношение, ведь до твоего появления капитан четыре года и на три метра не подходил ни к одной женщине. А уж о том, чтобы привести ее на «Млечный» и речи не было!

Она прониклась — действительно, Ревье ее спас! А потом, хоть и не доверяет женщинам, не оставил на Соноре, не сдал в руки Райтона… Она очень ему благодарна и ценит все, что арсианин для нее сделал!

Переход прошел мягко, разве что на несколько секунд заложило уши, да экран на панели теперь, вместо привычной черноты и далеких звезд, показывал серую муть.

Впрочем, если не подниматься в капитанскую рубку и не смотреть на экран внешнего обзора, то никакой разницы не ощущалось. Тем более, ей незачем появляться в рубке, ведь там арсианин, перед которым лучше не мельтешить. Да, спас и ведет себя адекватно, но лишний раз о себе напоминать все равно не стоит.

Кайли вспомнила, как мужчина навис над ней, как придержал ее за плечо, а потом за подбородок, и у нее ёкнуло внутри — мог же и шею свернуть! Или использовать как мужчина — ведь она была полностью в его руках и воле! Мог бы отомстить в ее лице той, что его предала. Но Ревье, который не терпит слабый пол и не выносит ложь, которого она ввела в заблуждение, помог ей избежать встречи с Райтоном, защищал, помогал, укрывал одеялом и не будил, ожидая, когда сама проснется.

В голове Кайли царили смятение и раздрай — как относиться к капитану? И что он думает о ней? Почему Торвис и Гест стараются делать все, чтобы она с ним пореже встречалась? Неужели Ревье для нее представляет опасность? Или — она для него?

Космос, что за ерунда приходит ей в голову!

Четыре дня в гиперпространстве пролетели как повторяющийся один — побудка, завтрак, работа, обед, работа, ужин и сон.

Наконец капитан объявил, что корабль готов вернуться в Свободный Космос.

Экипаж побросал дела и занял места в креслах. Кайли исподтишка наблюдала за Ревье, который, нахмурив лоб, что-то вычерчивал на планшете. Потом арсианин перешел к панели и, убедившись, что экипаж пристегнут, быстро набрал код, нажал на пару кнопок и, выдохнув, прикоснулся к тумблеру на крайней левой панели.

Грузовик тряхнуло, тон двигателя изменился, потом возникло ощущение подвисания, будто корабль замер в воздухе.

Глухо выругавшись, Ревье принялся что-то лихорадочно набирать в бортовом компьютере.