Казнить нельзя помиловать

Раз я мертв, то у принцессы Сонора нет причин убивать мою вдову! И пока не оглашено завещание и рудники не перешли в руки Райтона, касик не станет вредить Даластее.

— Итак-первая причина, почему я не могла умереть вместе с вами — чтобы Райтон не принялся распродавать богатства Даластеи?

— Да.

— Вторая?

— Если выживает прямой наследник — ребенок или супруг погибшего, — продолжил Байрат, — то никто не может притронуться к имуществу до оглашения завещания. Как я уже говорил, ты должна была получить папку с деньгами и инструкциями, а Сентья помог бы тебе воссоединиться с нами. Мы улетели бы вместе в другую галактику, на нормальную планету, а вовсе не на Терру, и жили бы в покое и комфорте, пока не настало время вскрыть завещание. Выторговав у судьбы отсрочку в полтора года, пока меня считали бы мертвым, я получал свободу действий и собирался поодиночке разобраться со всеми врагами, чтобы к моменту нашего возвращения никто не смел угрожать моим близким.

— И третья причина?

— Сентья не смог найти, прости, свежий женский труп подходящей комплекции и цвета волос.

Кайли открыла рот, потом закрыла, так и не произнеся ни слова.

— Да, я готов был пожертвовать планетой и наследством нашего сына, лишь бы тебе не пришлось пережить нашу смерть. Но на счастье Даластеи, судьба распорядилась иначе — этот вариант не получился. Когда стало понятно, что третьего тела нет, поэтому тебе необходимо остаться дома, то какую другую причину я мог придумать за короткое время, кроме ссоры, чтобы ты не полезла с нами в флаер, обиделась и ушла, хлопнув дверью?

— Объяснить словами, Байрат. Просто рассказать, что происходит и что от меня требуется. Не поверишь — я умею слушать. Или ты мне не доверял?

— Доверял как себе, но, к сожалению, объяснения только все испортили бы — раз ты оставалась, то нельзя было рассказать тебе про инсценировку, и на это была веская причина! Понятно, что первым страшную весть получит Райтон, и именно он сообщит тебе о трагедии. Твоя реакция на ужасное известие должна была быть естественной, иначе все это не имело бы смысла.

— Воздержусь от комментариев, пока ты не поделишься этой причиной, — глухо произнесла Кайли. — Возможно, она меня убедит, что у тебя не было другого выхода. Или нет. Тогда я и выскажу все, что вертится у меня на языке."

"— Понимаешь, на тот момент я не знал, имеет ли Райтон отношение к этому покушению. С одной стороны я видел его недвусмысленный мужской интерес к тебе, с другой, знал, что он весьма болезненно воспринимает неудачи. Особенно если то, что он вожделеет, досталось мне. Он хотел тебя, Кайли, сильно, но не мог получить. Можно назвать это чувство любовью, но больной. Чтобы не сойти с ума от неудовлетворенного желания, Рай вполне мог объединиться с моей отвергнутой невестой.