Любовь против (не)любви

С одной стороны, она привычно включилась в происходящее — ну а как ещё-то, надо шевелиться, и народ здешний шевелить, иначе ещё и следующую зиму придётся куковать под крышей господина Айви и ловить осуждающие взгляды Дороти.

Но с другой стороны, привычно — это для Катерины. А для Кэт — вовсе нет, хоть тело уже и не подавало ей никаких знаков. Не съёживалось, не пыталось спрятаться, хоть и страдало от непривычного объёма физической нагрузки. Может быть потому, что здесь — дом, хоть Кэт сюда почти и не приезжала? А вообще-то именно здесь основное жилище Торнхиллов, а Прайорсли — это приданое её матери. И если здесь Кэт помнили худенькой робкой девочкой — конечно, очень удивляются, чего это она ходит и командует. А она ходит и командует, потому что у Джона на лбу написано — не его, присмотреть он может, но решать ничего не будет. Помочь брату — это одно, а решать за него его проблемы — другое. А Роб…"

"Она ведь вчера, несмотря на все потрясения, ещё долго ворочалась и думала — где он там и что с ним. Куда подался и на что нарвался. Вот ведь, стоило утечь из-под отцовской руки — и всё, нужно непременно пуститься во все тяжкие! Сказала бы, что пусть только вернётся, а она ему устроит — но поняла, что нельзя ему ничего устраивать. Не будут люди слушать лорда, которого жена лупит сковородкой. Хотя очень хочется, прямо руки чешутся. Но ничего, поговорить-то никто не запретит.

И вот ещё несостоявшийся шпион. Или наоборот — состоявшийся? Что он тут сидит, в подвале, и что ему нужно? Это, по-хорошему, ей надо бы вникнуть и в дела здешних с той стороной — кто там живёт и как всё складывалось. Потому что пока она знает только о повешенном в Телфорд-Касле перебежчике — как там его звали, Николас? — о красивом парне в винном подвале и о том, что дорогой супруг пошёл гулять в ту сторону. Эх, об этом нужно с Джоном. Или сначала с Грейс?

Дыра в подвал находилась возле кухни — правильно, чтоб далеко в кладовые не бегать. И туда как раз сегодня должны были дойти работнички — если никого не придавит никакой крупной деревяшкой. А она вчера обещала, что будет сидельца кормить. Не зря ли? Да нет, людей надо кормить, иначе ноги протянут, что она, зверь какой, что ли?

Катерина зашнуровала лиф платья, убрала под чепец косу и пошла вниз.

Внизу снова царили покой и умиротворение — в кухне готовится обед, в зале шьют. Девочки повскакивали и принялись показывать — что они уже сделали. Катерина осмотрела почти готовый коврик, ой, нет, два коврика! Один потолще, второй потоньше. Чудесно же! Похвалила девочек, попросила переделать пару кривоватых швов, поблагодарила Петрониллу за завтрак. Быстро поесть и пойти смотреть — что там, в замке. Тем более, что Грейс и Милли уже ушли куда-то туда.