Любовь против (не)любви

— Как милорд скажет, — пожал плечами тот."

"А милорд, надо сказать, с утреца отправился вместе с Джоном что-то обозревать — не то поля, не то подступы к границе, и вояк своих с собой прихватил. Хорошо, пусть пока в кучку складывают, дальше видно будет.

Видно было, кроме горелой древесины, ещё остатки мебели — в не подлежащем восстановлению состоянии. Катерина посмотрела — и сказала складывать рядом с тем, что уже лежит, отдельной кучкой.

Впрочем, после обеда вытащили почти неповреждённый сундук — резная крышка у него была вдавлена внутрь, и один угол разбит — да и всё, что в нём — снаружи не разглядишь. При помощи местного парня Чарли Катерина подняла ту крышку — и увидела много одежды. Отсыревшей, местами с плесенью, но — одежды. Она позвала Грейс и Милли, скомандовала тащить сундук в дом под крышу — в зал первого этажа, где Дороти накрывала всем поесть. Они растворили окна — чтоб выветривать запах плесени — и принялись разбирать, что там вообще лежит.

Внутри лежала мужская одежда — когда-то бывшая хорошей, теперь же — требующая стирки, чистки и ещё каких-то действий, которые в здешних условиях могут выглядеть исключительно магическими.

Тьфу. Магические действия. Она же маг, так его растак. И может попробовать применить к этим отвратительным тряпкам свою сомнительную силу.

Катерина разложила очередной суконный плащ, воняющий плесенью и гарью, зажмурилась и положила на него ладони. Хочу, чтобы с ткани убрались плесень, пыль, сырость и что там ещё есть.

— Ой, — пискнула рядом Милли. — Миледи, это ж чудо как хорошо!

Катерина пощупала ткань — мягкая, не склизкая. Опасливо открыла глаза — всё верно, перед ней хорошее сукно, тёмно-зелёного цвета, с меховым воротником, и даже брошка-застёжка у горла заблестела, и камушек какой-то зелёненький. Подняла, встряхнула — ох, ну нормальная же вещь получилась!

Грейс и Милли обе разом громко верещали и прыгали вокруг Катерины, чем привлекли внимание Дороти. Та что-то делала в кладовой возле кухни, выглянула в зал, который оккупировала Катерина, и только ахнула — потому что на её чистых лавках было разложено вот это — мерзкого вида шерсть, лён, мех.

— Дороти, без паники, — сказала Катерина. — Мы тут с этим делом не навсегда.

— Да миледи Кэт сейчас одним пальцем всё вычистит! — сообщила Милли. — Вот и здорово-то! А ведь как жалко-то было — и плащи хорошие, и сорочки, и дублеты со штанами, а теперь — ещё пригодятся!

— Помните, миледи, милорд ваш отец надевал этот плащ, когда прошлой зимой уезжал сюда, в Торнхилл, с кем-то встречаться? — тихо спросила подошедшая Грейс.

— Нет, Грейс, не помню, — вздохнула Катерина. — Но я рада, что мы можем спасти его наследство.

— Можем-можем! Если милорду Робу не придётся впору — оставим вашим сыновьям.