Нелюбовь сероглазого короля

Еще пара ребят запрыгнули сверху.

– А-а-а! – истошно орали мы с Викулей под общий хохот.

Хуже всех, конечно, Якушеву пришлось…

Потом громко заиграла музыка, начались безудержные танцы у костра. Девчонки старательно крутили бедрами и взмахивали руками, парни же просто дурачились. Мы с Робертом, не стесняясь, целовались. Несмотря на холодную ночь, лицо мое пылало.

Позже я заметила, что Фил и Вита сидят порознь. Гурьев не принимал участия во всеобщем веселье. Скрючился на земле и время от времени с хмурым видом ковырял палкой угли.

– Привет! – обратилась я к Филиппу. – Все хорошо?

– Привет, – отозвался глухо парень. – Честно? Черт его знает…

– И ты, конечно, не хочешь об этом говорить? – улыбнулась я.

– Ты права, не хочу.

– Не грусти! – я потрепала его по волосам. – Виолетта где?

Вместо ответа Фил еще активнее начал ворошить угли. Я огляделась по сторонам. Многие разбрелись по тихому темному лесу. Несколько человек остались плясать у костра. Другие, как и Карина, которая жаловалась на мигрень, сидели в палатках…

Наверное, Филипп и Вита поссорились. И Гурьев, разумеется, не хочет со мной ничего обсуждать. Я уже хотела отойти от него, но вдруг Фил сказал:

– Ты знаешь, что она влюблена в Елесина?

– Кто? – остановилась я. – Вита?

– Вита.

– Влюблена в Клима?

– Ага.

Я растерянно присела рядом с Гурьевым на траву. Потрескивающий костер обдавал жаром лицо. Я вспомнила о некрасивой ситуации, которая случилась осенью на балу. А ведь мы тесно общались с рыжей, но ни разу не обсуждали Елесина…

– Думала, вы еще встречаетесь…

Филипп поморщился:

– Фарс! Я тебе об этом еще перед новогодними праздниками сказал.

– Ты не смог признаться Вите, что ничего не чувствуешь?

– Я поговорил с ней начистоту. Она просила помочь. Остаться вместе, быть парой для остальных, – сказал Филипп.

– Из-за конкурса?

Гурьев промолчал.

– Жесть, – пробормотала я.

И попыталась отыскать взглядом Виту. Глаза после яркого пламени долго привыкали к темноте. Звонкий смех вокруг, музыка… Но рыжей нигде нет. Как и Елесина…

– Клим пьян, – озабоченно произнесла я, продолжая вертеть головой.

– Мне надоело вытаскивать ее из передряг, – сердито буркнул Филипп. – А она меня уже в который раз идиотом выставляет.

Я встала и прокричала:

– Елеси-и-ин! Елесин! Кли-им!

– Ты че орешь, Севастьянова? – раздалось над ухом.

Я резко обернулась. За спиной стоял Клим.

– Ты где был? – строго спросила я.

Еще не хватало, чтобы история повторилась… Викуля этого не переживет.

– Отлить ходил в кусты, а че?

– Ничего, – махнула я рукой. – Забей.

Когда музыка умолкла, ребята стали разбредаться по палаткам. Роберт затушил костер и уселся на туристический коврик-пенку.

– Даш, идешь спать? – спросила Викуля.

– Сейчас, – кивнула я.