Нелюбовь

– Что хлоп, Сань?

– Хлоп, и все! На столбах объявления о пропаже девушки.

– Да тьфу на тебя! Не маньяк он! Он меня спас от него, причем не раз уже, и сейчас носится со мной, как с ребенком.

– Это тоже очень подозрительно, Даша! – снова эмоционально говорит Саша, и я закатываю глаза. Вот так, пока Саша всех в маньяки запишет, и пройдут три часа, отведенные мне на прогулку. И я бы рада была поворчать, что он такой-сякой условия мне диктует, но домой в целости и сохранности мне хочется сильнее, чем показать свой характер. – А этот твой, Антон? Вот никогда мне не нравился, и не зря. Вдруг он? А что. Понял, что потерял, силой вернуть решил.

– Вряд ли. Когда я тогда от маньяка убегала, разговаривала с Антоном по телефону.

– Ну конечно, с ним, тебе же не с кем больше! – фыркает Саша, отворачиваясь и глядя в окно.

– Да, Сань! Ну ты бы начала рассказывать свои страшные истории, а мне и так было страшно! Не злись, я вообще-то пугать тебя не хотела!

Тяну руку к подруге и накрываю своей ладонью ее пальцы, чуть сжимая. У нее если эмоции – то все через край. Я привыкла давно. И люблю ее за это.

– Ой, иди ты. – Она закатывает глаза, но тут же перестает обижаться. – Катается с каким-то медведем на машине, хоть бы подруге рассказала!

– Ну вот, я рассказала. – Я хихикаю. – Спрашивай, что хочешь, все расскажу, обещаю! – сдаюсь я перед Сашкой.

– Почему он назвал тебя Рапунцель? – задает самый неожиданный вопрос Солнцева.

– Из-за волос, – отвечаю я с улыбкой. Сашка хмурится, тоже не видит связи, я прекрасно ее понимаю.

– Не Мерида?

– Говорит, не звучит так красиво, как Рапунцель. – Я пожимаю плечами.

– Господи, мало того, что маньяк, так еще и странный. – Саша качает головой, на секунду включая в себе бабу Шуру. Она просыпается у нее иногда, чтобы отчитать кого-то, и прячется обратно до нужного времени.

Мы болтаем все три часа без остановки, конечно, не обходя тему моего странного преследователя. Сашка даже выдвигает теорию, что это какой-нибудь мой брат и следит он за мной по просьбе матери. Меня от этой мысли в дрожь бросает. Даже не знаю, что лучше: реальный маньяк или женщина, которая меня родила. Я не питаю к ней теплых чувств после того, как она поступила с нами, поэтому… пусть уж и правда маньяк. И надеюсь, он когда-нибудь от меня отстанет.

Время пролетает так быстро, что мы ничего не замечаем. А вот большую машину, остановившуюся прямо напротив окон, где сидим, – очень даже.

Я поджимаю губы, понимая, что проворонила вообще все сроки. Надеюсь, он не будет отчитывать меня. Не хочу больше называть его папой, а то вдруг и правда фетиш? Даже неловко…"

"– Хоккеист твой приехал, – закатывает глаза Сашка, глядя в окно прямо на Лешу.