Нелюбимая жена

 – Или картины с аятами от моего любимого каллиграфиста, который умер два года назад? Не говоря уже о досках ручной работы, которые мне подарил на свадьбу двоюродный брат и чайный сервиз от мамы.

Тимур усмехается уголком рта, все еще не отпуская мою руку.

– Храни  все здесь. Это ведь тоже твой дом.

– Этими вещами я хочу пользоваться, – настаиваю на своем. – Или выйдя замуж, я должна забыть о своей прошлой жизни?

Муж, неожиданно, меняется в лице.

– Есть многое из твоей прошлой жизни, о чем ты должна забыть Лейла, – внимательно наблюдая за моей реакцией, говорит он. – Некоторых членов семьи. Этого таксиста… Как там его?

Сердце колет болью от его пренебрежительного тона.

– Мурад, – говорю с вызовом, вырывая свою руку из его хватки. – И в профессии таксиста нет ничего плохого, как и в желании избежать брака с самовлюбленным деспотом. Жаль только, я оказалась не такой смелой, как некий член моей семьи, о которой муж запрещает мне говорить.

Он внезапно вскакивает на ноги, сжав кулаки, и смотря на меня с гневом на лице.

– Я думал опустить эту ситуацию, но твоя наглость не имеет границ! Надоумила Самиру бежать, да еще и глумишься теперь, бесстыжая? А может, это с самого начала был твой план? Мечтала занять ее место? Вы, тихони, всегда завидуете своим более ярким подругам, потому что сами ничего из себя не представляете. Ведь гораздо проще сделать подлость и украсть, чем добиться чего-то самой!

Я смотрю на него в шоке, не сразу понимая смысл его обвинений, а когда до меня доходит, не могу сдержать истерического смеха.

«Такой самоуверенности можно только позавидовать!»

Однако, Тимур не понимает абсурдности своих слов, потому что лишь больше злится и подскочив, жестко хватает меня за подбородок.

– Тебе смешно, Лейла? – обжигая горячим дыханием мои губы, спрашивает мужчина.

И такая угроза звучит в его голосе, что нет. Мне уже не смешно. Зато, вдруг, становится очень страшно, потому что Тимур сдергивает одеяло из моих пальцев и отбрасывает на пол с вполне очевидными намерениями, которые подтверждает еще и словами.

– Пора получить то, чего ты так хотела, Лейла. Или надеялась, что получив деньги и звание моей жены, будешь освобождена от других супружеских обязанностей только потому, что я люблю другую?

Пощечина, которую я залепляю своему мужу после этих слов, удивляет нас обоих. Судя по тому, как горит ладонь – удар получился не слабый. Замираем,  оба находясь в шоке от этого поступка, но, я соображаю быстрее и буквально уползаю по другую сторону кровати, пока он не опомнился, и встаю на пол.Теперь между нами расстояние в два метра, но оно вряд ли меня спасёт.

– То, что я твоя жена, не дает тебе права обращаться со мной, как с вещью! – смело заявляю ему, хотя поджилки трясутся от страха.

Он сильный. И злой.