Нелюбимая

Хочу пожестче, потому что внутри меня вибрируют страх, остатки сомнения и ярость, которую я пока еще никуда не выплеснула.

Рома двигается уже быстрее, не сдерживая рычания, и меня это заводит еще сильнее. Если бы могла сейчас говорить, я бы сказала ему об этом. Но, думаю, он и сам догадывается по тому, какими твердыми стали мои соски, как моя грудь ходит ходуном от прерывистого дыхания. Он выскальзывает из моего рта, я успеваю сделать шумный вдох, а потом снова резко входит и, уже не сдерживаясь, трахает мой рот. Я чувствую, как по подбородку стекает слюна, как в глазах скапливаются слезы. В другой раз я бы засмущалась, но перед Ромой почему-то не стыдно. Рядом с ним все ощущается слишком естественно. Наконец он покидает мой рот и, легонько толкнув, заваливает на кровать. Сам становится на колени между моих ног и набрасывается на мою грудь. Все. Больше никакой нежности и осторожности. Дальше только животные инстинкты, неконтролируемое желание и состояние какого-то транса, из которого я выйду еще, похоже, не скоро. Мозг затуманен, сознание плывет. Я то и дело вскрикиваю от укусов в шею, грудь, каждого из сосков по очереди получает грубую ласку. Рома сжимает грудь практически до болезненных ощущений, но они странным образом отзываются удовольствием в моем теле. Острые импульсы растекаются до самых кончиков пальцев, я чувствую в них покалывание и дрожь. И он смотрит на меня. Я точно знаю, что видит он сейчас именно меня. Не Лену, не любую другую девушку. Меня.

Рома смещается ниже, прикусывает чувствительную кожу внизу живота, щиплет губами лобок, а потом проникает языком между уже влажных складочек, заставляя вздрогнуть. Я выгибаю спину и протяжно стону, когда его язык творит магию у меня между ног. Наглые пальцы пробираются внутрь и толкаются, нажимая на самую чувствительную точку. И я взлетаю. Выше и выше, пока не достигаю пика, но перед самым взрывом он резко останавливается.

– Какого… хрена? – выдыхаю я.

Сердце колотится на разрыв, этот грохот отдается эхом даже в горле. Я облизываю пересохшие губы и с укором смотрю на улыбающегося Рому. Он тянется к прикроватной тумбочке, достает оттуда презерватив и распечатывает упаковку. Я поднимаюсь на локтях и жадно слежу за каждым его движениям.

– О, они и такого размера бывают?

Я не пытаюсь сделать ему комплимент, скорее саркастичное замечание. И Рома не воспринимает это как попытку облизнуть его эго, нет. Он и без меня знает себе цену, и вполне отдает себе отчет в том, чем его наградила природа. Как только латекс раскатан по стволу, Рома нависает надо мной, а ко мне возвращается страх. Ладно рот, но как он поместится там?

– Перестань бояться. Все будет хорошо, – шепчет Рома, пристраиваясь у входа.

Я пытаюсь расслабиться, откинувшись на спину, глубоко дышу.