Нелюдь

Что ж, когда у тебя завелись приличные деньги, а в голове слишком пусто, чтобы придумать что-нибудь оригинальное для «выпендрежа», тогда начинаешь сходить с ума по своему. Вот этот придумал, что его имя — Альфред…

Уж не знаю, чем он торгует и что перепродает, но денег у него действительно пруд пруди.

На тот раз Альфред попал в идиотскую историю. Смущаясь, он поведал мне, что вечером возвращался на своей машине из Пушкина, где у него была какая-то деловая встреча. Водителя с ним не было, и Альфред был в машине один.

— И вдруг смотрю, девка какая-то «голосует» на дороге, — рассказывал Альфред. — Стоит на пригорке и руку подняла. И машет рукой-то… Я вообще не сажаю никогда посторонних в машину и даже не останавливаюсь, а тут бес попутал. Остановился, приоткрыл окно, а она наклоняется ко мне и спрашивает:

— Побаловаться не хотите?

Самой лет семнадцать на вид, худая, волосы немытые, висят лохмами… Говорит, могу и минет, и как угодно, прямо не сходя с места, в вашей машине. Всего десять тысяч. И все удовольствие не сходя с места, за пятнадцать минут. Сделал дело — и поехал дальше…

Альфред умолк и потом, чтобы как-то снять собственное напряжение, игриво подмигнул мне:

— Ну, доктор, я думаю, что вы бы тоже не отказались.

— Не знаю, — пожал я плечами. На всякий случай перечить богатому клиенту не стоит. Хотя про себя я точно знал, что наверняка отказался бы. На сто процентов. Нет, даже на сто один, если такое возможно.

— И вы пустили в машину? — поинтересовался я.

— Ну да… Она — шмыг ко мне на сиденье рядом… Я и глазом моргнуть не успел, она уже сама мне брюки расстегнула и припала. А потом я ее просто так отодрал, на сиденьи. Посадил к себе на колени и отодрал. Она еще так подпрыгивала смешно…

— Ну вы даете, — сказал я в ответ. — Это же верная зараза. Стопроцентная. Не нужно быть доктором, чтобы это понимать. И вы же взрослый человек…

Что еще говорят врачи в таких случаях? Еще нужно укоризненно покачивать головой и осуждающе трясти козлиной бородкой. Бородки у меня нет, но головой я покачал.

— Да я потом и сам сообразил, — признался Альфред. — Когда уже все закончилось и я отдал ей десять тысяч, то спросил, сколько у нее на этом пригорке клиентов бывает. Сколько водителей останавливаются и облегчаются за десять тысяч… Она мне и говорит: «Когда как. От десяти до пятидесяти». «А сегодня за день у тебя уже сколько было?» — спрашиваю. «Не припомню точно, — говорит. — Человек тридцать…» Ну, тут я ее вытолкал из машины и прямо к вам, доктор. Эк меня угораздило!

— Да уж, там у вас теперь, небось, целый букет болезней, — отозвался я и велел ему раздеваться. Нужно было провести срочную процедуру, чтобы инфекция не укоренилась. Если уже не прошло много времени, конечно…

— Давно это было? — спросил я.