Таня Гроттер и проклятие некромага

Это на тот случай, если кто-то скажет, что я заговорил первым! – торопливо сказал Ягун.

Энтроациокуль сердито отвернулась и вновь погналась за мячом. Ей было хорошо известно, что через защитный купол ее проклятия не действуют. И самое противное, что этот болтливый парень с красными ушами тоже явно был в курсе.

К концу тренировки бушевавший на трибунах Жикин внезапно завял, ссутулился и заплакал, уткнувшись в плечо Ягуну. Это произошло так внезапно и без всякой видимой причины, что Ягун даже не сумел съехидничать по этому поводу.

Жикин не отвечал и только вздрагивал от рыданий. Вдруг, сорвавшись с места, он убежал за трибуны и спустя десять минут снова вернулся бодрый и хохочущий. Прыгал по скамьям и пытался поцеловать солнце, обняв его за золотистые щеки. На подбородке у него пунцовела шишка размером с монету.

Маланья Нефертити, только что забросившая в пасть Гоярыну последний мяч, который дракон с аппетитом проглотил, поскольку сообразил уже, что никакой особой магии в мяче нет, спрыгнула с крышки гробницы. Нырнув в лазейку для арбитров, она подбежала к Жикину. Тот успел уже поссориться с солнцем и теперь пытался боднуть его лбом. До солнца он не достал, зато со скамейки навернулся.

– Забавный парень. Но вообще-то раньше он таким не был, – сказал Ягун оправдывающимся голосом.

– Три дня, – сказала Нефертити хладнокровно.

– Жить ему осталось три дня, если не будет нового вливания. Странно, что твоя бабушка ничего не предпринимает.

– Бабуся и не видела его… А что такое? Почему три дня? – встревожился Ягун.

– Он подсел на магэйфорин. Удивительно, что никто из ваших преподавателей не заметил. Признаки-то ясные. Укусы на лице, возбудимость, перепады настроения. С каждым разом признаки разрушения личности все заметнее, – сказала Нефертити.

– Магэйфорин. Содержится в жале магической осы. Гнездо таких ос бывает на дереве, на котором повесилось не менее двух человек в течение года. Доставляет ужаленному болезненное удовольствие, делает его суетливым, способным на непредсказуемые поступки. Человек ведет себя как пьяный, не спит, не может есть, но сил не теряет. Умирает ровно через трое суток после укуса. Единственный шанс подарить себе еще три дня жизни – дать ужалить себя еще одной осе из того же гнезда. И так до бесконечности, – сказала Нефертити.

Жикин попытался лягнуть ее ногой. Он целовал скамейку, и ему не нравилось, что ему мешают.

– Уйдите, гады! Я никак не могу ее оживить! – сказал он плаксиво.

– Кого? – не включился Ягун.

– Дриаду. В этой доске спит дриада!.. А ну не трогай скамейку, осел! Она моя!

Нефертити покачала головой и вернулась на поле. Джинны заманивали драконов в ангары. Соловей уже стоял на поле и устраивал игрокам «разбор полетов».