Трио неизвестности

 – Что ты и твои дружки позабыли на исконно лингийской планете?

Туск не хотел ругаться с капитаном, но и соглашаться с его формулировками не собирался и потому выбрал самый нейтральный вариант – попытался уйти от ответа. Что, в свою очередь, категорически не устроило Матиаса.

– Ты ведь понимаешь, что несмотря на эту форму… – Шилов указал на нейтральный китель, который носил последние недели, – я не из Астрологического флота?

– Понимаю, – нехотя ответил Туск. – Лингийская армия? Судя по наглости.

– Воздушный флот, – с достоинством уточнил Матиас. – Лингийская армия отправилась за Магистром.

– В настоящее время я как старший по званию в полном соответствии с Уставом принял на себя командование Мартинским отрядом Лингийского воздушного флота, – рассказал Шилов. – А поскольку на Мартине действует военное положение, я автоматически получаю всю полноту власти, в том числе – право на любое решение, которое сочту разумным в сложившихся обстоятельствах.

– А кто, интересно, ввёл на Мартине военное положение? – попробовал иронизировать астролог.

Но получилось не очень.

– Вы ввели, – жёстко ответил Матиас. – Когда напали на Экспедицию и убили моих друзей.

– Я всего лишь астролог.

– А там было очень много безоружных учёных: алхимиков, астрологов, геологов, биологов… Астрологические экспедиции практически безоружны, их задача – исследования, но вы их атаковали.

– Ты ходишь на боевом цеппеле, – брякнул Туск.

– С этого момента говори мне «синьор капитан», – жёстко велел Шилов. Он почувствовал случившийся перелом и решил надавить сильнее.

– Хорошо. – Туск опустил голову.

– Хорошо… синьор капитан.

– Прекрасно. – Матиас свёл перед собой пальцы. А Эггерт подумал, что ему ещё многому предстоит научиться. И что нужно обязательно познакомиться с тем «старым приятелем из тайной полиции», о котором как-то упомянул Шилов, – взять у него пару уроков… на будущее.

– Вернёмся к делам, – по-прежнему жёстким тоном произнёс капитан. – О военном положении я упомянул для того, чтобы напомнить: после его введения ни одно из моих решений не может быть оспорено командованием Флота.

– А вашими юристами… синьор капитан?

– Лингийский воздушный флот находится вне гражданской юрисдикции и даже вне адигенского права. Меня может судить только военный трибунал, но как я тебе только что объяснил, с точки зрения военных законов ко мне не может быть никаких претензий и любое принятое мной решение не подлежит сомнению. А теперь скажи, почему ты сдался?

– Ты не оказал сопротивления.

– Ты не оказал сопротивления.

– Вы бы меня убили, – едва слышно ответил Туск.

– То есть ты сдался, потому что хочешь жить?

– Этого вполне достаточно, – пожал плечами Шилов.