Неистовый викинг

Ведь я юрист и художник, я умею замечать детали и настроения. И я видела, как обеспокоены из-за тебя твои дедушка с бабушкой.

— Старшие всегда беспокоятся за младших, — пожал плечами мужчина.

— Нет, я не об этом. Все было в порядке, пока ты не взял с камина фотографию того младенца.

Лидия отметила, как напряглись мускулы на лице Джейка. Но он лишь ответил:

— Не понимаю, что ты имеешь в виду.

— Джейк, я не дурочка, — в голосе девушки не было злости, только обида и страдание, — могу сложить два и два. Не забывай, моя работа — читать между строк и сопоставлять факты. Я вижу, ты чего-то недоговариваешь. Умалчиваешь о самом важном. И это важное определенно связано с детьми. Ты сказал, что не хочешь детей, но я чувствую: это неправда. — Лидия обхватила себя руками. — Я тебе про себя все рассказала — даже то, чего никогда и никому, включая самых близких, не говорила. Я доверилась тебе, Джейк, а ты… Ты не счел возможным довериться мне. — Она покачала головой.

— Все не так, — возразил Джейк.

— Поверь, дело не в этом, Лидия. Я знаю, тебе можно доверять. Просто… — он вздохнул, — просто мою проблему нельзя решить. Поэтому нет никакого смысла о ней разговаривать. — Послушай, предполагалось, что эту неделю мы должны отдыхать, наслаждаться жизнью.

— А еще предполагалось, что мы будем сами собой. Но ведь ты не был собой, так? Почему?

— Я уже сказал: мою проблему не решишь.

— Но ведь если сформулировать и высказать ее вслух, она станет меньше, с ней станет проще жить.

— Да мне и так неплохо, — пожал плечами мужчина.

— Не верю, Джейк. Ты будто пытаешься от чего-то убежать. Поэтому завалил себя работой, чтобы дома не оставалось сил на раздумья, чтобы сразу ложиться спать, а с утра — снова работа. У тебя уже черные круги под глазами. Еще чуть-чуть — и ты себя просто в гроб загонишь, — строго произнесла Лидия.

— Так и будет, — горько усмехнулся Джейк.

Девушка прищурилась:

— Ты чем-то серьезно болен? Так? В этом все дело?

Джейк отвернулся. Он был не в силах смотреть на нее. Не хотел видеть жалость в ее глазах.

— Нет, не в этом, — упрямо ответил он.

Лидия обвила руки вокруг его шеи и крепко прижалась к нему. Джейк напрягся и попытался высвободиться. Но это было невозможно. Не сейчас, когда она так доверчиво прижалась к нему щекой.

— Помнишь уговор? Мы не судим друг друга. Не ставим оценок.

— Только не надо жалости. Не смей меня жалеть!

— Я и не жалею тебя. — Лидия не разжимала объятий, не отворачивалась, не собиралась бежать от него.

Джейк сопротивлялся, как только мог. Но внезапно словно что-то надломилось в его душе. Он повернулся к Лидии, закрыл глаза и спрятал лицо на ее плече, вдыхая такой нежный, такой любимый аромат гардении — аромат, который для него теперь навсегда будет связан с ней, с Лидией.