Неистовый маг

Вульфс не видел, но его энергетическое тело, окруженное содрогающимся хаосом, вспыхнуло огнем, который ласково потянулся к окружающему его имматериуму.

Грязь и мерзость этого мира будто специально бросающаяся на Александра на каждом углу. Проститутки, повальное воровство, грабеж средь бела дня, нищета и общее наплевательское отношение друг к другу и чужой жизни.

Злые эмоции захлестнули мужчину. Он позволил этому порыву набирать обороты. Он открыл путь своей безграничной ярости на весь этот мир. Здесь и сейчас он мог отбросить оковы человечности. На краю сознания мелькнула мысль, что это произошло как-то слишком уж… Легко.

Огненная волна подхватила Вульфса, закружив в спазматически дергающемся водовороте и обрушив на него хохот миллиардов голосов и оскаленных ликов.

Стихия пыталась решить, что делать с этой безумно злой мошкой, которая прямо сейчас тряслась в судорогах ненависти ко всему миру.

Мимо проплывали скалящиеся пасти демонов и искаженные формы плана гнева. Где-то внизу бушевали необъятные сражения всех против всех.

В принципе уже то, что Вульфс не был размазан первым ударом говорило, что он сумел пройти самый опасный этап. Хаос все же признал его своим. Однако то, что он признал его и тем, что собирался подчиняться была настоящая пропасть.

Алекс немыслимым волевым усилием все же сумел чуть прийти в себя, вспомнив зачем он здесь.

Его раскрытое сознание обтекали волны первородного хаоса, щекоча чувства искристыми ударами всех темных ощущений и впечатлений, которое испытывало человечество и многие-многие другие разумные существа.

«Пора выбираться». — пришел к окончательному выводу Вульфс.

И хоть вернуться назад он мог без всяких проблем, тем не менее чернокнижник не мог этого сделать. Его задача была не прийти сюда, а заставить всю эту бесконечную энергию стать послушной его воле.

Попытка попросить хаос следовать за ним в реальный мир не увенчалась успехом. Имматериум издевательски хохотал над всеми его попытками заставить того что-то сделать. При этом Алекс начал чувствовать все усиливающееся давление вокруг.

Насилие также не оказало должного воздействия. Его попытки заставить хаос закончились полным провалом.

Оставалась последняя идея. Она попахивала сумасшествием, но выбора не было.

Алекс раскинул несуществующие руки, цепляя ими и самим собой окружающую силу и словно бы наматывая ее вокруг себя.

На удивление эта безумная идея сработала. Словно палочка для сбора воздушной ваты он бешено вертелся, наматывая слой за слоем рвущейся во все стороны стихии. Когда же почувствовал, что еще немного и его попросту разорвет, рванул обратно в реальный мир, уносясь прочь от тянущего к нему бесчисленными лапами хаоса.