Час негодяев

Я говорю так, чтобы тебе было понятнее.

Американец обличающе ткнул в меня пальцем.

– И все-таки ты агент ФСБ.

– Да? А если и так – это что-то меняет…

…

– У нашей страны, как и у любой другой, есть свои интересы. И мы вынуждены защищать их, о’кей?

– Чушь все это. Бул шит.

– Почему? А что ты тут делаешь?

– Я расследую тут преступление.

– Ну да…

– Хочешь, на Библии поклянусь!

Американец завертел головой, будто тут и впрямь где-то была Библия.

– Библии нету. Но если двое пьют вместе, предполагается, что они не будут лгать друг другу.

– Да? Вот фигня…

– Выпей еще…

…

– Уже лучше.

– …Это так. Я расследую тут убийство моего напарника. Он, с…, работал на страну, а его, с…а, убили цэрэушники!

– Цэрэушники?! – моментально насторожился я.

– Ну да… – сказал американец. – Вообще-то это ни хрена не гостайна. Тищенко, местный олигарх. Мы взяли его в Джи Эф Кей, и тут же прилетели несколько цэрэушников и стали требовать его себе…

…

– А у нас, черт, были основания для задержания. Он прибыл в страну с подложными документами. Это основание для задержания, понял?

…

– Мы его задержали. Напарник вызвал подмогу… спецагентов из группы по освобождению заложников. Мы выехали на трассу и тут… бах! Бах! Снайпер…

– Как ты уцелел? – спросил я.

– Я же морской пехотинец. Сразу понял – худо дело. Полтинник – это тебе не пудинг у мамочки. Выскочил из машины и свалился в канаву. А остальных всех…

…

– Чертов полтинник. Пятидесятый калибр. Я думаю, что это была винтовка без оптического прицела, чтобы стрелять на близком расстоянии. «барретт», твою мать. Они ведь тут были…

…

– Эй…

– Что?

– Они ведь тут были? – Американец смотрел на меня. – «барретты».

– «Барретты» у них были. Это точно. Но у украинцев.

– У украинцев?

– Точно. Нацгвардия. У ВСУ было мало.

– ВСУ? Что это такое?

– Вооруженные силы Украины. Им не доверяли, и они снабжались хуже. Все американские поставки – в основном уходили к добровольцам и в Нацгвардию.

– Правительство не доверяло собственной армии? – переспросил американец."

"– Послушай, – сказал я, – вот представь себе, ты работаешь электриком или строителем, и вдруг тебя призывают в армию. Никто не объясняет тебе, что происходит. Говорят, что враги русские, что они все как один агрессоры и оккупанты, но ты работал в России и знаешь, что это не так. Тебе дают автомат, твой офицер призван так же, как и ты, из запаса, никто не знает, что происходит…

Американец махнул рукой.

– Можешь дальше не продолжать.

– А добровольцы – такие же, но у них есть одно большое отличие. В украинской армии было большинство тех, кто просто не понимал, что происходит, и хотел домой. В добровольцах и Нацгвардии в основном были те, кто на самом деле хотел воевать с русскими и убивать их.