Шесть тайных свиданий мисс Недотроги

Поэтому я кивала, рассеянно улыбалась и надеялась, что импульсивный друг долго скрывать свои мысли не будет, а решится и расскажет, что его томит.

— Ева… После нашей переписки…

— Насчет «побыть твоим парнем».

Так бы и отчехвостила себя за дурацкое сумасбродство. Сама страхов по привычке напридумывала, да еще и впутала ни в чем не повинного приятеля, спровоцировав его ссору с братом. Очень некрасиво.

— Забудь, Лекс! Я побаивалась, что на службе приставать будут, но оказалось, что с этим строго, парни все отличные…

— Ты меня неправильно поняла.

Он повернул голову, и я увидела волнение в его голубых глазах.

— Ты была права, Ева. Нам надо попробовать.

Слова прозвучали как гром среди ясного неба. Хотелось переспросить его, может я что-то неправильно поняла, но он зачастил, не давая мне опомниться.

— Мы лучший вариант друг для друга, однозначно. Я никому так полностью не доверяю как тебе, даже родителям. Ты уже в курсе про Диего, да? Вижу, что в курсе. Брат не иголка в стоге сена, его не спрячешь. Знаешь, когда я узнал, что мы сводные? Ни за что не угадаешь.

— Родители сказали только после того, как он уехал учиться?

Алекс свернул на обочину, останавливаясь. Взъерошил ладонью уложенные в аккуратную прическу волосы, выдавая насколько тяжело ему дается разговор.

— Позавчера. Они сообщили мне, что мой брат полукровка только позавчера. Испугались, что я узнаю от кого-то со стороны. Диего не послушался и вернулся в город работать, ничего не скрывает, представляешь их шок? До этого все было долбанным семейным секретом. Позором жутким для нашего трясущегося над чистокровностью папочки.

Я не договорила, но Алекс всегда понимал меня с полуслова.

— Отец! Фейри-брата нам нагулял отец! Еще и ругал его, дисциплинировал постоянно, за любую провинность наказывал. Я же почти не общался с братом до отъезда, мы и встречались-то только за ужином. «Не трогай Диего, он у нас странный». «Не ходи к нему, не нужно, чтобы вы стали похожи». Они и комнату его в дополнительный кабинет переоборудовали сразу после отъезда. Сразу! Словно и не было старшего ребенка. Стерли следы.

Он посмотрел на меня потерянно, семейный мир его качался, сбрасывая все привычные ориентиры.

— Только ты, Ева. Только ты у меня и осталась. Пожалуйста, не говори, что ты передумала.

Он схватил меня за плечи и притиснул к себе, не сдерживая силу, опаляя жаром. Не скрывая боли от неожиданно свалившегося на него одиночества. Температура оборотней всегда была выше человеческой, и я раньше часто грелась, просто прижимаясь к его плечу. А сейчас горячие объятия воспринимались совсем по-иному.

— Дашь мне время подумать? — осторожно спросила я, поднимая голову.

— Конечно, — он медленно, осторожно, намекающе наклонился.