Шесть секретов мисс Недотроги

— В подсчете голосов, — продолжал Вальтеза, — и последующем Колокольчатом Зове нам сегодня поможет несравненная Присцилла Ковейн, менталистка шестого уровня.

Да елки-палки. Я чуть не подавилась непрожеванным.

Брюнетка, розовея и смущаясь… причем на ментальном плане вокруг нее клубилось только упоенное самодовольство и ликование… принялась приседать в реверансах и раскланиваться. Очень ловко и изящно. Причем так близко к спокойно стоящему Фаворре, что у того скорее всего видовая панорама открывалась минимум до пупка.

Темный взгляд девушки неожиданно метнулся в мою сторону. Неподвижно лежащие вокруг ее фигурки пси-щупы вдруг дернулись разбуженными змеями и потекли в разные стороны.

— Драгоценные претенденты, — брюнетка говорила в микрофон в виде лилии, застенчиво утопая в нем чуть ли не по нос. — Прошу вас прикоснуться к стенам, сообщить ваши имена и намерения. Да услышит Вас Холм!

Зрители следили за начавшимся перемещением четверки лордов, а я не могла отвести взгляда от игры чужих щупов. Они двигались удивительно четко и слажено, тянулись за каждым претендентом, не путаясь, но при этом ухитряясь создавать почти геометрически верные узоры. И над головой Присциллы, сверкая и раздуваясь капюшоном кобры поднялась ментальная буква «П»."

"Проклятие, это было красиво. И абсолютно недосягаемо на моем дилетантским уровне умения. Мне демонстрировали настоящее мастерство, уверенное, отполированное сотнями и тысячами тренировок. Такое профессионально заоблачное, что я невольно подтянула ближе к себе свои тонкие сумасбродные щупы, в сравнении с Присциллиными показавшиеся мне еще боле неуклюжими, чем обычно. Двигающиеся словно едва начавшие ходить дети.

Оу… кажется началось.

— Я, Ал’лигаэль, третий принц Лазурной Ветви Сапфирового Двора, Холодная Слеза Трона, — бархатный текучий голос чистопородного сидхэ без малейших усилий перекрыл все шумы зала. Он стоял у дальней стены, касаясь ее ладонью. Стройный, изящный как боевой клинок. С белоснежными волосами, непривычно короткими для фейри, колко обрамляющими острое скуластое лицо, застывшее в напряжении. И стало вдруг ясно, что он очень юн. — Говорю от имени Сапфира и вступаю в Поединок Плетения Уз.

От ладони сапфирового принца вверх потек бледный, голубовато-сиреневый огонь, подсвечивая крупные кристаллы, выступившие острыми гранями прямо из стены.

Рядом со мной завозился кот.

— Ох, ты ж. Он даже не второй, а третий. И судя по «слезе», матушка четвертого уже не настругает, — кот положил лапы мне на колени и опираясь на них, вытянулся столбиком, чтобы лучше рассмотреть происходящее. — Если он будет побеждать, вся сторона засияет.

По соседней стене полыхнуло алым.