Игры с Тенью, или Семь поцелуев для недотроги

Ведь Асвальд действительно расследовал это дело плохо. Не опросил Бринелль, хотя был должен. Бросил меня на обеде и скрылся в кабинете с любовницей. Или с сообщницей? Может Кристель с ним заодно? Но тогда зачем ему было звать Оттара? Нет, что-то тут не клеится…

— Чушь, — отмахнулся Тар. — Асвальд слишком труслив, чтобы бросаться в такие авантюры. Ему просто нужны деньги и его развратная жизнь. Он и в законники пошел только для того, чтобы отцу насолить. Он точно в этом не замешан.

— Но я бы ему не доверял, — пожал плечами Верлиан.

— Он не нравится Эльтазару.

— Аргумент, — хохотнул Тар.

Мы обошли огромное кирпичное здание, где находилось «Наследие Лиат» и двинулись к черному входу.

Я же пыталась разобраться со своими сомнениями по поводу бывшего жениха. И почему-то больше верила в версию Оттара, чем в предположение Верлиана.

Все-таки Асвальд не похож на преступника.

— Вот мы и на месте, — негромко сказала я, когда мы подошли к широкой двери с растрескавшейся от старости коричневой краской. — С этого входа мы и попадем в подвальный зал.

— Звучит не очень, — поморщился Тар, глядя на дверь.

И я не могла не заметить, что его настроение ухудшилось.

— Пошли, — буркнул Верлиан и схватился за широкую дверную ручку.

Громкий протяжной скрип ржавых петель заставил меня заткнуть уши. Верлиан отворил дверь и вошёл первым.

Я взглянула на Оттара, понимая, что безумно за него переживаю. И мне было страшно, что я могу не выдержать вида его мучений.

— Может ты сейчас отдашь свой должок, Ив? Вдруг я не выживу? Возраст-то уже не тот для опытов… — улыбнулся Тар и резко притянул меня к себе, заглядывая в глаза.

— А если нет? Я же буду приходить к тебе призраком и не давать покоя…

— Ты мне и в качестве человека особо покоя не даёшь, — парировала с усмешкой я, рассматривая его красивые черты лица.

— Может твой поцелуй меня немного усмирит?

— Вот и проверим после того, как выйдем назад.

— Бессердечная, — насмешливо заключил Тар и выпустил меня из своего плена, позволив войти в здание.

— А ты — наглый. И ещё аморальный, — ответила, остановившись перед лестницей, ведущей вниз, где нас уже поджидал Верлиан.

— Я уже думал, что мир погибнет, пока вы нацелуетесь, — недовольно пробурчал Верлиан. — Пошли.

Мы не спеша двинулись вниз по узкой каменной лестнице, держась за стену. Освещение здесь было таким тусклым, что после пребывания на залитой солнцем улице, мне казалось, что мы очутились в кромешной тьме.

И лишь когда на талию легла рука Тара, поддерживая и защищая от внезапного падения, мой шаг стал увереннее.

Мы несколько минут петляли по узким мрачным коридорам, где горели одинокие тусклые свечи, выполняя для нас роль путеводителя.