Недотрога для темного дракона (СИ)

Закрываю глаза тыльной стороной ладони, зачем-то прижимая к груди артефакт, а когда зрение восстановлено, вижу, как Флоренс (или Флоренция, демоны её укуси) довольно улыбается.

— Вот это доказательства твоей вины, — она разворачивает пластину другой стороной, и я вижу, как на отполированном до блеска металле проявляются очертания перепуганной меня со свёртком в руках. — И знаешь, мне кажется, что стоит повременить с докладом саэру Уорду.

От её слов я чувствую, как земля уходит из-под ног. Что она собирается провернуть?

Шантажировать меня?

Так, у меня нет денег, она сама об этом говорила. Или ей нравится издеваться на теми, кто слабее?"

"«Им нужна жертва, чтобы чувствовать себя сильными.»

Медленно веду головой из стороны в сторону, боясь представить, что меня ждёт.

Весь внешний облик брюнетки излучает превосходство. Сильная, красивая и уверенная в себе.

Вот только уродливая изнутри!

— С этой минуты ты будешь делать всё, что я прикажу, — говорит, убирая пластину во внутренний карман пиджака. — Имей в виду, если ты расскажешь о нашем разговоре хотя бы одной живой душе, тебя уже ничто не спасёт. Мой отец — Глава Тайной Канцелярии. Одно моё слово, и все забудут о твоём существовании. А ты сгниёшь заживо в таких тюрьмах, о которых многие даже не подозревают.

Глава 28

Неимоверным усилием воли беру себя в руки и киваю:

— Будь по-твоему.

Эти слова горят на моих губах едкой отравой, оставляя горький привкус поражения. Но я понимаю, что лучше сделать маленький шаг назад, чтобы выиграть время и найти выход из сложившейся ситуации.

— Надо же, — надменно усмехается брюнетка, небрежно отбрасывая волосы с плеча за спину, — я думала, ты будешь умолять о пощаде, заливая пол горючими слезами.

— А это изменит твоё решение? — невесело усмехаюсь, пожимая плечами.

— Нет, конечно, — Флоренс заливисто смеётся и грациозно разворачивается на каблучках, которые, как мне кажется, должны быть по уставу короче на пару сантиметров.

Смешно.

Меня шантажируют, а я думаю о чьей-то обуви.

Брюнетка уходит на удивление беззвучной походкой, хотя каблуки должны звонко цокать по мрамору. Спохватившись, я бегу за ней и у самых дверей пытаюсь всучить украденный артефакт.

— А мне он зачем? — удивляется подруга Кеннета, ловко уворачиваясь от протянутого ей свёртка. — Пускай хранится у тебя. Нарушишь уговор — я тебя мигом сдам. А задумаешь пойти с повинной к ректору Уорду — он выпнет тебя в Алгард пинком под зад. Ещё и напишет разгромную рекомендацию. Он жуть как ненавидит людей!

Флоренс уходит, а я приваливаюсь к стене, чувствуя, как меня с головой накрывает липкое, холодное отчаяние.