Недотрога и негодяй

Ну что ж, сможет подарить ее маме на юбилей. В следующем году.

Деньги за посредничество, что я получила от Егора, мне пригодятся. Переезд – дело хлопотное и расходное. Думала найти более подходящую квартиру. Теперь в этом нет необходимости. Я уезжаю отсюда… Навсегда.

Родители удивятся. Будут за меня рады. А я стану много работать. И забуду все, что связывало меня с Марком. Работа – отличное лекарство от тоски. Займусь карьерой вплотную. Некогда будет вспоминать и страдать.

Позвонила Лариса. Хотела узнать, как у меня дела. Теперь я была очень сдержанна в своих словах. Хотя здесь меня никто не может услышать и не так понять.

- Рада, что у тебя все утряслось.

- Хотела немного посплетничать. Может, тебе интересно будет?

Я напряглась. Неужели что-то еще про меня и Марка?

- Давай, - обреченно согласилась я.

- У Кривошеевой какие-то проблемы с сыном. И очень серьезные. Когда полиция позволила нам уйти, похоже, Егор позвонил мамаше. Мы спускались по лестнице, и я слышала, как она на него кричала. Практически в голос. Обзывала идиотом, недоумком и все в таком духе. Орала, что он их разорил. Видимо, опять много проиграл в карты, или во что он там играет.

- Да, наверное, - согласилась я. – Он очень азартный. А это до добра не доведет.

Не смог Егор продать серьгу арабскому шейху. Так сам виноват, никто его не заставлял заниматься аферой.

Про Марка Лариса спрашивать не стала. Конечно, она уже поняла, что это ее не касается.

Сегодня у меня был тяжелый день. Столько событий. И одно хуже другого. Меня едва не отравили, потом могли посадить по ложному обвинению. Но это волновало меньше, чем разрыв с Марком.

Я легла спать рано. Настроение ужасное. Но уснуть не могла. Лежала и смотрела в темноту.

Все думала о Марке. Конечно, он не клялся мне в вечной любви и верности. С чего я вообще решила, что нравлюсь ему больше других? Мы оба поддались какому-то наваждению, любовному угару. И вот все завершилось.

Только для меня это нечто большее. Плохо, когда влюбишься в человека, а потом поймешь, что идеал был только в твоем воображении. Снова начала думать о Полонском и, в конце концов, слезы ручьями потекли по моим щекам.

Если бы он не услышал моих откровений, не вернулся бы к Ольге. А там, кто знает, как у нас все могло сложиться? Возможно, все было бы очень и очень хорошо. Так что, прежде всего, виновата я. Хотя нет… С чего это? Он бы и дальше при любой обиде искал утешение с другой. Наверняка. Настоящий негодяй. Не зря я так назвала его при первой нашей встрече. Негодяй!

Но я люблю его, несмотря ни на что… Слезы потекли еще сильнее. Какая же я дура… И кто меня только за язык тянул?

Только под утро смогла забыться тяжелым сном, больше похожим на бред. Мысли о Марке не отпускали меня.

Проснулась с тяжелой головой, подошла к зеркалу и ужаснулась.