Недотрога и негодяй

И все охотно делились информацией.

- Вам придется проехать с нами, - обратился ко мне старший оперативник. – Мне необходимо снять показания.

- Только в присутствии адвоката, - категорично заявил Полонский. – Он уже едет сюда. Прошу подождать его.

- Он может подъехать в отделение полиции, - заметил оперативник. – Мы пока выполним формальности, заполним анкетные данные.

- Тогда я поеду вместе с ней, - кивнул на меня Марк.

- Не положено. Идемте, - обратился ко мне полицейский.

- Не волнуйся, все разрешится, - Полонский посмотрел мне в глаза. – Уверен, это всего лишь недоразумение.

- Спасибо, - слабо кивнула ему в ответ.

Он меня не бросил в трудную минуту, несмотря ни на что. Верит мне. Еще бы мне и следователь поверил. Но он делать это не обязан. Ему нужны голые факты. А они против меня.

Многие сотрудники фирмы уверены, что я Ольгу люто ненавидела. Конечно, в этом их убедила сама Менякина. Но мне от этого не легче. Они будут давать показания не в мою пользу. За меня смогут выступить только Марк и Дима. Но Марк – мой любовник (как вульгарно это звучит!), а Диму никто всерьез не воспринимает. И, кажется, его тоже считают моим любовником.

У следователя создастся впечатление, что я развратная, коварная и жестокая. Готовая на все, ради того, чтобы удержать босса рядом с собой. Ничего хорошего обо мне никто не скажет.

Мне стало страшно. Что со мной будет?

Присутствующие расступились, давая нам дорогу. Я шла к выходу по живому коридору. На меня смотрели, как на преступницу. Видимо, большинство уже вынесли вердикт «Виновна». Да, после такого не отмоешься. И вообще неизвестно, чем все для меня может закончиться. Надеюсь, адвокат у Марка опытный.

 Вечерний ветер коснулся моего лица. Освежил. Я немного приободрилась. Ничего, все должно выясниться. Адвокат мне поможет. Или нет? Мрачные мысли снова окутали меня плотной пеленой.

Полицейский распахнул передо мной дверцу автомобиля. Села на заднее сиденье. Рядом со мной расположился сотрудник полиции. Видимо, чтобы я не убежала. В груди противно ныло, и было холодно. Ладони покрылись испариной. Как же все паршиво для меня складывается.

А если меня задержат на несколько дней? Сидеть в КПЗ или в тюрьме? Это же ужасно. И неизвестно, кто будут соседи по камере. Наверняка настоящие уголовницы. Они со мной церемониться не станут. Уже от одного этого волосы на голове шевелились.

Или меня не могут поместить в общую камеру? О чем я вообще думаю? Я же невиновна. Только как это доказать, если Ольга во всеуслышание объявила, что я хотела убить ее?

Что подумают родители, когда узнают обо всем? У мамы будет сердечный приступ. Из школы родителям придется увольняться. И из города уехать от стыда. Он же у нас маленький, все друг друга знают.