Недотрога для ректора. Академия Даркайна

Дверь распахнулась без стука, и на пороге появился Конрад, чьи пальцы возмутительно сжимали локоть Эверли.

Глава 41

Эверли Дельвиг

Я буквально оцепенела, увидев ярость на и без того суровом лице Орхарда.

Впрочем, заметив Мэйвен, пытавшуюся незаметно покинуть кабинет, мне стало всё понятно.

Жива и здорова, несмотря на мягко говоря неважный вид."

"И судя по всему уже успела вытрепать ректору все нервы.

Воздух в кабинете был густым и вязким, как перед грозой, несмотря на распахнутую форточку, приносящую свежее духовение ветерка. А когда Орхард начал подниматься с места – медленно, угрожающе, в каждом движении которого сквозила нешуточная опасность, я поняла, что простым наш разговор не будет.

– Гримстон, у тебя пальцы лишние?

Голос Даррайна прозвучал настолько холодно, что у меня кожа покрылась мурашками. Зато Конрад недоумённо вскинул брови с выражением “а что случилось? я ни в чём не виноват”

И лишь потом, заметив взгляд Орхарда, мигом ослабил хватку.

– Вот ты про что. Кандалы не завезли, а эта красавица с утра пораньше не придумала ничего лучше, как броситься на одногруппницу с кулаками, – протянул Гримстон. Судя по тону, в котором явно слышались довольные нотки, он не был против моей выходки. – Впрочем, думаю, тебе отсюда были слышны её вопли. Я вот почти оглох и был бы не против компенс...

– Говори чётко и по делу, – раздражённо перебил его Даррайн. – Что произошло?

Конрад не торопился с ответом. Вместо того, чтобы пройти к столу и изложить как всё было, он двусмысленно ухмыльнулся и легонько подтолкнул меня ладонью в спину. От неожиданности я качнулась вперёд и неловко взмахнула руками.

– Дельвиг сама всё расскажет. Только не жалей красок, дорогая, передай слово в слово. А я пойду – надо утереть слёзки пострадавшей, и когда она размякнет – наказать за чрезмерно длинный язык.

Выпалив тираду на одном дыхании, Гримстон ушёл, не дождавшись ответа Даррайна. Дверь захлопнулась с глухим звуком, снова оставив нас вдвоём.

Звенящая тишина навалилась на сердце тяжёлым грузом.

“Ты помнишь, что надо говорить, Эверли, – внутренний голос зудел как надоедливый комар. – Что бы он там ни заявил. Где ты, а где он? Тут и мечтать нельзя.”

– Сильно болит? – мягко поинтересовался Орхард и от его заботливого тона хотелось запрокинуть голову, чтобы взвыть раненой волчицей.

Зачем он это делает?

Для чего я ему нужна?

– Не помру, – сухо ответила я, поджав губы. – Давайте разберёмся с этим по-быстрому. Я действительно напала на Дрейю и ничуть об этом не жалею. Назначьте, пожалуйста, наказание, и я пойду готовиться к первой паре.

Глаза ректора удивлённо расширились на мгновение, но он быстро совладал с собой и указал рукой на стул:

– Нет, садись.

Нельзя. Иначе опять уболтает и дело закончится тем же, чем и вчера.