Недостойный сын

Баба денег больше хочет, сын к молоту равнодушен… Не человек, а, прям, несчастие ходячее! Однажды…

Болтовню Болтуна слушал вполуха, размышляя о своём. Канган Тойбрел Звейницилл ненавидит меня до дрожи в коленках. Будет настаивать на ликвидации, точно. Но есть ещё жрец и безопасник. Один полностью на моей стороне, а второй слишком умён и самостоятелен в суждениях, чтобы потакать эмоциям своего работодателя. Почувствует, поверит, что я нужен Свободному Вертунгу — защитит и будет использовать оступившегося Ладомолиуса «на всю мазуту». Надо поспрашивать присмера Жанира о ридгане Соггерте Мельвириусе подробнее. Что за человек? На что в разговоре с ним обратить особое внимание? Какие слабые и сильные стороны имеет? Всё пригодится на следующей встрече. В том, что она будет, нисколько не сомневался.

12. Разговоры по душам

— Ну и как вам наш Гратилийский вор? — спросил присмер, лишь только за пленником закрылась дверь.

— Скотиной был — скотиной и остался! — недовольно ответил канган Звейницилл.

— Ну не знаю, Тойбрел… — без всяких чинов, по-простому возразил правителю Соггерт Мельвириус. — Странный парень. Я хорошо знаю его повадки — пришлось изучить, но то, что было сегодня — не очень похоже на прошлое. Мимика, жесты говорят, что не врёт. Боится? Несомненно. Но… только это! Может, и прав Жанир? Может, без богов дело не обошлось?

— Что значит «может», Соггерт?! — возмутился присмер. — Ты с канганом не толпа на празднике эриана, чтобы вам воодушевляющие слова в уши вкладывать! Сказал, что отмечен богами — так и есть! Как отмечен? Сами у Даркана Вершителя спрашивайте!"

"— Да ладно, тебе! Нечего нам всем на суд к нему торопиться! — примирительно махнул рукой безопасник. — В твоём опыте никто не сомневается, но, согласись, ситуация необычная. Вчера Ликкарт по притонам шлялся и в чужие окна лазил, а сегодня — «птица безгрешная»… Хоть вместо тебя присмером ставь! На моей памяти подобное изменение в поведении впервые. Ну не может человек за пару рундин полностью себя переделать, даже если и захочет.

— Он и не переделывает — искусно врёт! Мою дочь так окрутил словами, что она… — вздохнул Тойбрел, не закончив фразу. — И ведь далеко не дурочка Ирисия, а поддалась! Надо избавляться!

— Кстати, насчёт последнего… — перевёл разговор Соггерт Мельвириус на другую тему. — Поведай, Твоё Величие, как в твоей «сияющей» башке родилась идея отравить Ликкарта? Причём так топорно организованная? Хоть бы у меня спросил, прежде чем дурью маяться. Отравление — это «вчерашний день»! Сейчас в моде несчастные случаи.

— Боялся, что отговоришь — вот и молчал. Да и самому хотелось за доченьку отомстить. Ты же знаешь, что после смерти жены ближе Ирисии никого у меня нет, а тут этот гадёныш на святое покусился.