Недостойный сын

Даже сейчас не я Вам нужна, а лишь жалость со стороны. А кто меня пожалеет, кто поймёт? Вы? Вряд ли! Если бы хоть какие-то добрые чувства ко мне испытывали, то подобного не совершили, зная насколько мне дорог брат. Так что жалейте себя сами, а я сочувствия у близких людей попрошу.

— Я хочу не жалости, а попросить прощения, — говорит Ирисия.

— Ликк простит и я прощу.

— А если нет? Не простит?"

"— Подобную ношу род Ладомолиусов давно несёт на себе, поэтому могу понять, но облегчать чужую не намерена. Для вашего отца, — поклонилась она Тойбрелу, — Ликкарт даже после всего, что сделал для трона, так и остался Гратилийским вором. Как видите, наш канган не очень поощряет великодушные поступки. Если Его Сияющее Величие считает подобное нормой, то и другим стоит брать с него пример. И… Хорошо, что мой брат не Звейницилл!

— Ого! — присвистнул Жанир. — А Тойбрел что?

— Ничего! Хотел было взъерепениться, потом посмотрел на дочь и рухнул обратно в кресло. Молча «умылся»!

— Сарния… — задумчиво проговорил присмер. — Знал, что в ней стержень есть, но тут не на стержень, а больше на меч заточенный внутри похоже. Это не Литария её науськала — не тот подход! Сама мордой в грязь Звейнициллов ткнула!

— Вот-вот! — поддержал друга Соггерт. — Маленькая рыбка превращается в акулу! Любого скоро сожрёт!

— Не любого, — возразил Жанир. — Только тех, кто встанет на пути любимых людей. И это правильно — мы все сами такие. Повезёт же кому-то с женой… Без иронии говорю! Смотрю я на молодёжь и на душе спокойно — в сильные руки страну передаём, не хуже наших. Ликк, Сарния, остальные, кто в безделье не погряз — все молодцы! Главное, чтобы Ирисия себя нашла…

— Так может, как мерта ей поможешь? Направишь?

— Уже. Дал ей возможность отойти от лёгонького образа дочери кангана и заставил думать, вогнав в эту тяжёлую эмоциональную ситуацию. Жестоко, конечно, но не забывай, что мой бог — Даркан Вершитель! А он, как известно, мягкотелых не любит. Заодно и на Ликкарта посмотрим — ему это тоже испытание нравственное.

— Не сильно накрутил, присмер? — прищурился Соггерт. — Это люди власти, а не простые борга.

— Вот поэтому и накрутил! Если в себе разобраться не смогут, то нечего им и в дела страны лезть! Пусть учатся и характер вырабатывают на собственных ошибках, пока мало влияющих на политику и тысячи других судеб!

Придя после разговора с Жаниром к себе в кабинет, Советник Безопасности увидел сидящую рядом с дверями Альду, нервно теребившую завязочку на кофте. Заметив Соггетра, она вскочила и попыталась что-то сказать, но он молча приказал ей войти, только потом начав разговор первым:

— Альда, ты снова на службе!

— Спасибо, Ваше…

— Не благодари, а слушай. Во внешнем городе есть одно мерзкое местечко — «Хромой свин».