Недостойная

Терпко-пряный, с фруктовыми нотками и будто бы наполненный солнечным светом, как наш северный мёд…

— Защитница, как вкусно… — Я легко рассмеялась и заговорила с Арчибальдом так, словно на его месте сидел Рон: — Я пила вино один раз, после выпускного на седьмом курсе. Все пили, и всем потом так плохо было! Мы же самое дешёвое взяли, знаете, такое… Называется «Невинность».

— Это не вино. Имитация.

— Да, — я вновь засмеялась. — Валлиус так потом кричал на нас! Мы же все с отравлением в госпиталь угодили, все десять человек. Со специальностью «магическая медицина» было пятеро, больше остальных нас чихвостил. Какие вы, сказал, медики, если не можете отличить настоящее вино от клюквы?

— Это он погорячился, — протянул Арчибальд почему-то на редкость довольным голосом. — Не каждый аристократ сумеет отличить хорошее вино от имитированного. Это не так уж и просто. Вам ещё, по всей видимости, подделка попалась — от качественного имитированного вина в больницы не попадают. Но покричать на вас Брайон был обязан, конечно. Воспитательный момент.

Я сделала ещё глоток — как же хорошо — то! — и спросила:

— А «Иллюзион» не вызывает привыкания? В основах иллюзорной магии лежит утверждение, что иллюзии, как заблуждения, могут быть опасны. Не бывает такого, что маги ходят туда постоянно?

Принц открыл рот, намереваясь ответить, но тут принесли заказ, и он на время замолчал, дожидаясь, пока всё расставят на столе и, вежливо пожелав приятного аппетита, уйдут.

Я взялась за горячее с не меньшим, чем за вино, энтузиазмом. Вкуснотища…

— Эн, «Иллюзион» очень давно создали маги-учёные из рода Бравиус. Изначально они разрабатывали комнату для умалишенных… — Я, услышав подобное, подавилась кусочком гриба из соуса, и Арчибальд понимающе улыбнулся. — Вы верно расслышали — они разрабатывали помещение для умалишённых, хотели, чтобы иллюзорная магия давала терапевтический эффект. И первоначально так и было. Но разработки ширились, Бравиусы задействовали кровную магию, и в итоге получили место, в котором сбываются мечты. И привыкания оно не вызывает — это свойство осталось у «Иллюзиона» с тех пор, когда в нём лечили сумасшедших. Постоянно, кстати, ходить туда невозможно — императорским указом установлен лимит на посещения. Не чаще раза в год, — заключил Арчибальд, допивая вино из бокала, и налил себе вторую порцию. Я тоже протянула свой — хотелось добавки, — и поинтересовалась:

— А как же умалишённые? У них есть такой вот «Иллюзион»? В нашем госпитале я не припомню ничего подобного…

— В итоге иллюзии были признаны малоэффективными. Так что — нет. — Взгляд его высочества стал задумчивым. — Как там Арманиус? Есть прогресс?

— Да, — я кивнула. — Он отлично справляется. Ещё пара недель — и вернётся к вам в строй.