Недостойная

Значит, до ректора всё-таки дошли именно слухи.

— Его высочество в первую очередь мой пациент. Я со всеми пациентами общаюсь одинаково.

— А во вторую?

— Что во вторую?

— Очередь.

Я вздохнула, чтобы унять раздражение.

— Архимагистр. Либо вы переворачиваетесь на живот и замолкаете, либо будете лечить себя сами.

Слава Защитнице, послушался. С кряхтением, как у дряхлого старика, стянул халат, закинул его на спинку дивана, и начал переворачиваться.

Однако замолкать не спешил…

— Ты можешь называть меня Бертран. Какой из меня сейчас архимагистр?

В голосе была горечь, и я поспешила утешить его, как привыкла делать с другими пациентами:

— Не говорите ерунду. Вы потеряли дар, но ваше мастерство осталось при вас. Дар я вам восстановлю, обещаю. Думаю, за месяц вы станете самим собой.

Арманиус застыл, так до конца и не перевернувшись. Мышцы на спине вздулись от напряжения.

— Месяц?

— Да. Максимум полтора. Вы будете ложиться или нет?

Ректор кинул на меня короткий взгляд, полный язвительной насмешки, но всё-таки опустил своё архимагистерское тело туда, куда было велено.

Так, первый укол — в левую лопатку…

— Что ты думаешь об этом законе?

Да что же это!

— Архимагистр! Вы хотите выздороветь или нет? Замолчите немедленно! Разговаривая, вы двигаетесь, понимаете? Если я не попаду в нужную точку, эффекта не будет, и мы с вами откатимся назад в прогрессе. Неужели это так сложно понять?!

Он не ответил. И не просто замолчал — замер всем телом, словно впечатлившись моей проникновенной речью.

Левая лопатка, правая лопатка, левый бок, правый бок, левое бедро, правое бедро, левая пятка, правая пятка…

Когда я начала делать укол в пятку, Арманиус дёрнулся, сказал «ой», как маленький, а потом вновь замолчал. Мне стало смешно.

— Терпите. Скоро закончим с уколами.

Сделав последний, я осторожно положила ладони на спину ректора и, закрыв глаза, чтобы лучше видеть, тщательно изучила рисунок энергетического контура. Узловые точки стали больше, некоторые запульсировали… Прекрасно. Точнее — лучше, чем я думала.

— Очень хорошо, архимагистр. Сейчас я немного разгоню вам кровь, потом кое-что выпьем, и закончим на сегодня.

— Разгонишь кровь? — Голос был хриплым. Значит, реактивы вошли в контакт со связками, и это замечательно.

— Да, надо сделать массаж. Лежите спокойно.

— А разговаривать могу?

— Зачем?

Кажется, он улыбнулся.

— Мне хочется поговорить с тобой.

У меня дрогнули ладони.

Издевается он, что ли?

— А пока получается говорить только самому с собой. Ты не отвечаешь на вопросы.

Я вздохнула и, начав растирать левую ногу, сказала:

— Вы в курсе, что разговор предполагает взаимный интерес собеседников?

— Намекаешь, что тебе неинтересно со мной?

Если он думал меня смутить, то не получилось.

— Я не намекаю, а прямо говорю.