Недостойная

 — И вижу лучше, и ожоги не так чешутся, и я даже смог пересесть с коляски на диван. До этого я с трудом перебирался.

— И аппетит хороший, — закончила я, продолжая улыбаться. — Все признаки выздоровления. Замечательно. Доедайте, снимайте халат и ложитесь, как вчера. Сначала обработаю вам ожоги, потом займёмся глазами, и уже после этого приступим к контуру.

Пока я доставала всё необходимое из сумки, Арманиус быстренько доел, допил и послушно лёг, скинув халат. Я зачерпнула ладонью мазь и, подойдя ближе, начала намазывать ректору грудь.

Сегодня на мне было зелёное платье с небольшим круглым вырезом, и когда я наклонилась над архимагистром, оттуда выскользнула цепочка, которую подарил мне Рон еще в университете. Арманиус прищурился, изучая её, а потом спросил:

— Что это такое блестит у тебя на шее? Амулет какой-то?

— Да, — свободной рукой я вновь заправила цепочку за ворот. — Защитный, ничего особенного.

Странно, но я явно ощутила, как сердце ректора под моей рукой забилось чуть чаще.

— А кто его делал? Заказывала или…

— Друг делал. Университетский. — Я чуть не прикусила язык: Арманиус же не должен знать, что я училась в университете, я ведь медсестра… Но он вновь ничего не сказал по этому поводу, только кивнул едва заметно, и задумался.

В таком полнейшем молчании я намазала его тело мазью, затем закапала в глаза и сделала уколы, а после попросила лечь на спину, выпрямиться и приступила к массажу.

Архимагистр стоически терпел все мои действия, хотя ему точно было очень неприятно, и не издавал ни звука. Иногда только чуть вздрагивал или тяжело сглатывал. Вообще-то я привыкла к подобным процедурам, но причинять боль Арманиусу оказалось неуютно. И это неправильно, Эн, в тебе всё еще слишком много личного…

Ректор вдруг зашипел, выгнулся, и я поспешила объяснить:

— Сейчас пройдёт, сейчас… Это контур, вы его ощутили, он вспыхнул на мгновение, и это хорошо… Чем быстрее пациент ощущает сломанный контур, тем быстрее наступает выздоровление…

— Не волнуйся, я в порядке, — прохрипел Арманиус и закашлялся. — Демоны, как же сухо…

— Я сейчас дам вам воды.

— На кухне…

— У меня с собой есть.

Я достала фляжку с водой, которую носила в медицинской сумке — вода никогда не бывает лишней, — маленькую кружку, налила туда жидкости до краёв, и протянула архимагистру.

— Спасибо, Эн, — он жадно выпил всё до капли и, вернув мне кружку, улыбнулся, но улыбка весёлой отнюдь не была. — Да, ощутить контур в семь магоктав после прежних девяноста пяти…. Это… — Он на секунду замолчал, словно подбирая слова. — … Необычно. Впрочем, хоть так. Выживу и с этим. У тебя и того меньше, а маг ты отличный.

Я в это время убирала кружку обратно в сумку и, услышав похвалу, застыла в абсолютном шоке.