Недетские забавы (СИ)

Мы — как один механизм, кажется, что не хватало только двух деталей, чтобы он заработал. И мы двигаемся ритмично, пошло, громко.

Это не просто лучший секс в моей жизни. Это вообще не секс. Это полет. Я отрываюсь от земли и лечу. Тело больше не принадлежит мне.

Кончаем быстро, словно подростки. Разве бывает, что пара кончает вместе? Думала, это все выдумки сексологов и особенно впечатлительных барышень. Теперь я на их стороне. Это возможно, пусть и необъяснимо.

— Что это было? — искренне недоумеваю, как мы это сделали.

— Это были мы, маленькая, — он нежно проводит губами по виску.

— Тогда я хочу, чтобы мы существовали всегда.

— Другого варианта и не будет, Алис, — смотрит прямо в глаза. — Либо со мной, либо ни с кем.

Звучит угрожающе, нужно бежать от такого, а я умираю. Потому что сама не готова больше никогда и ни с кем. Только с Павлом Федуловым. Только с мальчишкой, что сломал меня. Только с мужчиной, что починил меня.

Глава 29

Наши дни

Когда мы подъезжаем к дому Павла, я немного напрягаюсь. Все еще помню, как здесь в нас стреляли, как мы бежали отсюда в ту лесную хижину, где я начала влюбляться в мужчину. Осматриваюсь по сторонам — охраны стало больше, но это не приносит облегчения.

Выхожу из машины, навстречу бежит Кингстон, запрыгивая на меня и облизывая с ног до головы.

Сердце тут же сжимается, и перед глазами встает картина окровавленного тела Блейда. Я сглатываю комок горечи, и в немом вопросе поворачиваюсь в сторону Павла, смотря на него. Он понимает, чего я хочу от него.

— Алис, мне жаль, его не удалось спасти, — пытается сделать шаг в мою сторону.

Я протягиваю руку вперед, останавливая его, отчего он тут же тормозит. Кингстон продолжает радостно вилять хвостом и крутиться вокруг. Я не могу винить Пашу, но сердце рвет. Как ножом пырнули. Терять любимого питомца — сродни потери близкого человека. Он до последнего пытался меня защитить, а сам…

Смахиваю слезу, плакать буду позже. Сейчас мне нужно быть собранной, опасность повсюду — это я теперь знаю наверняка.

— Мы справимся со всем, маленькая, — Паша обнимает меня со спины, прижимая к себе. В кольце его рук и правда проще дышать, но боли от этого меньше не становится.

— Паш, — разворачиваюсь к нему лицом, кладя руки на его стальную грудь, — пообещай, что все будет хорошо!

— Обещаю, я сделаю все для тебя, — отвечает не раздумывая.

Дома принимаю горячий душ, намыливая тело три раза. Жаль смывать с себя запах Павла, но я ощущаю присутствие третьего лишнего. Замечаю синяк на внутренней стороне бедра, с сожалением сглатывая горечь и отчаяние.

Когда выхожу из душа, Паша сидит на кровати, ожидая меня. Босыми ногами ступая по ковру, подхожу ближе. Он тут же притягивает к себе, оставляя поцелуй в уголке губ.

— Переедешь ко мне в спальню? — спрашивает.