( Не)чужая семья

Оставаться наедине с чужим мужчиной, пусть и доверенным лицом Кости, не очень хотелось. Однако, в доме полно охраны, да и Мона рядом. Чего ей бояться?

— Да, конечно, — нехотя согласилась девушка.

Моника быстрым шагом вышла из комнаты, чтобы потом так же быстро вернуться. Но стоило Эми остаться наедине с адвокатом, как все изменилось.

— Это ведь не брачный договор, — произнесла Эмилия.

— Не он, — негромко ответил Шмольский, Эми пристально смотрела на него и на пистолет, который мужчина вынул из кейса. — Сейчас ты позвонишь Дымову и настоятельно попросишь, чтобы он перевел всю сумму денег выкупа на счет. Реквизиты он знает.

— Зачем вы все это делаете? Разве Костя вам мало платит?

— Нормально. Но я хочу больше. Тем более, мне прекрасно известно, какими суммами он крутит, какие у него обороты. Для него это капля в море. А я хочу достойную пенсию.

Эмилия внимательно слушала адвоката. Ситуация выглядела странно, нереалистично. Не может ведь случиться столько всего и в один день! Девушка устала реагировать на все коллапсы адекватно. Хотелось чем-то зашвырнуть в Шмольского. Однако инстинкт самосохранения взял верх.

Эмилия застыла на месте, не шевелясь.

— Да вы, блин, задолбали уже! — простонала Мона, вернувшись в комнату с графином воды и стаканом. — Валера, ты совсем охренел?!

— Без лишних движений, ясно тебе?! Психопатка неадекватная, — предупредил адвокат.

Моника молча подняла руки вверх, намеренно выпустила графин, чтобы тот упал на пол.

— Отличная попытка, но провальная, — оскалился адвокат и крепче сжал пистолет в руке. — Игрушку свою медленно брось на пол!

Мона «случайно» уронила и стакан, и только потом, приподняв край одежды, вынула пистолет из кобуры.

— Дым до тебя доберется, — усмехнулась Моника, — покрошит все твои кости, зубы выбьет, искромсает так, что ты будешь молить о смерти, сучонок.

— На твоем месте я бы не провоцировал человека с пистолетом в руке, — усмехнулся Шмольский и присел в кресло.

— Давай поменяемся местами? Проверим, — подмигнула Моника.

На звук разбившейся посуды в гостиную заглянул охранник. Должно быть, в этом и заключался план Моники — привлечь внимание.

— Стоять! Двери закрыли с той стороны! — рявкнул адвокат.

Эмилия все еще стояла в центре комнаты, а Шмольский сидел. Получалось, что девушка закрывала собой обзор.

— У него ствол, Толя, — подсказала Моника. — Передай Дыму, что крыса уже здесь.

— Слушай, а мне ведь не нужны две заложница, Моника, — будто размышлял Шмольский, — если мне тебя пристрелить, Костя охотнее переведет мне бабки?

— Костя охотнее раскроит твой череп, Валера, — усмехнулась Моника и села в кресло напротив. — А еще есть мой муж. Он жутко не любит, когда в меня тычут всякими штуками. Я и сама не люблю подобного, если честно. Эми, ты присядь, пожалуйста.