Нечто

Она непроизвольно подвинулась к Юре, который равнодушно поглядывал на двоих покачивающихся парней. Пес продолжал ворчать, Кляксич же, видя, что опасность миновала, снова принял благодушный вид.

– Отойдем? – прищурился Дима. Он икнул, и сигарета выпала изо рта.

– Нет, – ответила Алиса.

– Ты че, Алиска? – изумился Дима. Он похлопал себя по одежде, достал из нагрудного кармана новую сигарету, согнутую буквой «Г». – В натуре, совсем оборзела.

– Пошел прочь отсюда, – медленно проговорил Юра. – Шавку свою не забудьте.

– Юра, не надо… – начала Алиса.

– Юра? – презрительно перебил ее Дима. – Юра-а – толстая фигура! – издевательски пропел он, и рыжий захрюкал, давясь от смеха, словно эта шутка – самое смешное, что ему доводилось слышать в своей жизни. Долговязый так и не нашел зажигалку, но сигарету изо рта не выпускал, отчего выглядел совершенно по-идиотски.

– Это че, твой новый е…рь? – Он пьяно уставился на Юру. – Ну, успел с ее дыркой познакомиться? Колись, чувачок.

– Бери Сэма и уходи, – процедил Гюрза Алисе. В ушах появился странный гул, как если бы он находился в метро, только к нему примешивался еще какой-то звон.

– Куда ты ее отправляешь, чувачок? Давайте выпьем, за жисть побазарим…

Закончить фразу долговязый не успел – Гюрза поднялся с лавки и нанес молниеносный удар в ненавистное ухмыляющееся лицо. Парень зашатался, согнутая сигарета выпала, нос лопнул, как тухлый помидор.

– Юра! – закричала Алиса.

– Иди домой, – не оборачиваясь, проговорил Гюрза. – Я скоро… Ну?!

Глаза заволокло белесой пеленой, в мозгу снова что-то щелкнуло. Краем глаза он видел, что Алису как ветром сдуло. Он облегченно вздохнул.

– Убью суку! – завизжал долговязый. Он встал на колени и долго непонимающе тряс головой, напоминая мокрую собаку. Поднялся на ноги и тут же получил новый удар, на этот раз в глаз, и снова упал. Из рассеченной брови хлынула кровь. Долговязый дотронулся до раны и с ошалелым видом уставился на измазанную ладонь.

– Эй, что там у вас? – с лавки спрыгнул третий, но девица испуганно вцепилась ему в плечо.

Гюрза бесстрастно наблюдал за ним, одновременно не упуская из виду рыжего.

Проходящий невдалеке с собакой пожилой мужчина в дождевике крикнул:

– Мужики, прекращайте! Я позвоню в милицию!

Гюрза повернулся к нему, и рот его растянулся в широкой улыбке:

– Все в порядке, отец. Так, поупражняться решили, кости размять.

Он шагнул к сидящему на корточках долговязому, и тот, решив что его сейчас начнут бить ногами, опрокинулся на пятую точку и пополз назад.

– Дрон, спускай Рамзеса! – закричал он.

Дрон стоял столбом, выпятив из расстегнутой рубашки волосатое пузо, и тупо взирал на поверженного друга, очевидно, даже не соображая, что же, собственно, произошло.