Небосвод мечей

Да он и есть корабельный киль!

— Я думала, что мы поженились сегодня утром, — сказала она. — Зачем еще раз тратить время на эту ерунду?

Именно этого ответа он и ждал.

— Рулевой! — прорычал Радгар. — Можешь сделать так, чтобы наше корыто двигалось быстрее?

Он снова поцеловал невесту, еще более чувственно, чем прежде.

Да, наверное, когда-нибудь ей это понравится. Сегодня ночью предстоит узнать и все остальное.

Послесловие

Чтения сообщили, что вы будете королевой Шивиаля, ваше высочество, хотя и недолго.

Айвин Кромман,в личной беседе с принцессой МалиндойПогода стояла типичная для Первого месяца в Бельмарке, то есть прямо в лицо бил дождь со снегом, колючий, словно иголки, и соленый на вкус даже в глубине островов. По дороге домой королева попала в самый водоворот бури и едва видела уши своей лошади.

Хатбурна располагалась на вершине склона Квикнолла — хороший летний домик, но зимой там не очень удобно. Вся семья отмечала Длинную Ночь именно там, потому что только эта усадьба не походила на помпезные официальные дворцы. Погода выдалась совершенно жуткая, и они задержались в горах — никто не хотел испытывать на своей шкуре все прелести поездки в Каттерстоу. Почему же тогда она вышла сегодня на улицу? Наверное, чтобы вновь почувствовать, как приятно возвращаться домой. Как здорово будет погрузиться в горячую воду, затем погреться возле камина в компании с кружкой медового напитка, а потом еще и кусок жареного кабана под яблочным соусом!

Малинда только что посетила Фостерхоф, центр целой сети Сиротских приютов королевы, рассыпанных по всему архипелагу. Иногда она жаловалась Радгару, что приходится заботиться о тысячах детей. На это он обычно отвечал, что вполне хватает и троих своих и что ей не стоит решать проблемы всех вокруг. Тем не менее никогда не скупился, если она просила дать денег для благотворительных нужд.

Чьи-то руки приняли ее лошадь, едва Малинда соскочила с седла в занесенном снегом дворе. Она прошлепала к двери, остановилась на крыльце и встряхнулась, как мокрая собака около полудюжины таких зверей прыгали вокруг, желая вылизать хозяйку досуха. Обычно ее плащ забирал слуга, но не в этот раз.

— На, мама, — проговорил дрожащий голосок. — Горячий медовый напиток, как ты любишь. Сверху я положил корицу, правильно?

Зигфрид протянул дымящуюся кружку. Этелинг Зигфрид, ее младшенький, пять футов юношеского коварства под маской настоящего чуда: золотые кудряшки, огромные изумрудно-зеленые глаза, тысяча веснушек.

— Ну спасибо тебе! — Малинда взяла напиток; он был слишком горячим, чтобы пить, зато приятно согревал руки.