Небо в мечтах (СИ)

Я говорила Киру, что всё слишком рано, что нужно ещё хоть пару недель, не то, что дней, но он меня не слушал, лишь уверенно повторяя, что, чем скорее они узнают, тем будет лучше. Ну, вот, милый, лучше, как видишь, не будет.

Папа всегда был слишком щепетилен к отношениям своей дочери. Единственное, всю строгость его оценки я не смогла узнать из-за банального отсутствия парня.

Ну, что ж, всё бывает в первый раз.

— Фамилия не имеет никакого значения, — сразу же возникает Кир, качая головой. Его голос сразу же становится серьёзным, а руки слегка сжимаются под столом.

— Я не прощу себе, если из-за отношений моего отца с твоей матерью нам не дадут быть вместе.

— Кир, никто не виноват, что так выпала карта.

— И я, в любом случае, не дам тебе уйти.

— Стоит начинать бояться?

— А мать знает? — папа обращается ко мне, впервые за минут двадцать разговора. Его голос спокоен, да и я не помню ни одного дня, когда он мог злиться на меня.

— Нет, — глаза в глаза, и мне впервые страшно. И вроде бы сама говорила, что уверена в правильности решений, что обратного пути нет, но…

Блин, отец моего парня скоро женится на моей матери.

— Это моя единственная и любимая всем сердцем дочь, — начинает папа, обращая взгляд на Кира, сжимающего мою ладонь под столом. — Надеюсь, не надо объяснять весь объём проблем, которые тебе светят, если обидишь её. На всякий пожарный, у меня есть бита и кастет, а у её подруги - смекалка и тысяча способов спрятать труп.

— Если он поведёт себя, как мудак - звони мне: приеду с друзьями-спортсменами и отрежу ему всё, что дорого, — слышится голос по динамику, от чего с губ срывается тихий смешок.

— Он не сможет, — улыбаюсь я, мазнув взглядом по фигуре Кирилла рядом.

— Ну, смотри, если что я в баре.

— Знаешь, с твоей стороны было очень внезапным решение познакомиться со мной, — хмыкает папа, игнорируя мой взгляд и спокойно отпивая чай из чашки. — Сколько вы встречаетесь? Неделю, две? К чему уверенность, что не разбежитесь при первой же ошибке?

— Мы встречаемся около шести месяцев, — спокойно отвечает Кир, а я сдерживаю порыв, стараясь сидеть как можно тише и молчать.

Шесть месяцев. Шесть месяцев, Кир! Мы три и то не до конца вместе, Господи Боже.

Слегка - это не умножить на два, Астрофьев.

— Крох, давай на вопросы твоего отца отвечать буду я.

— Кир, ты уверен, что сам справишься, я могу помочь?

— Нет, и, если что, я могу слегка привирать, не паникуй, ок’ей?

— А если у твоего отца с её матерью появится ребёнок, в курсе, как всё будет выглядеть? — вновь вопрос, заставляющий сердце остановиться.

Отведя голову в бок, вновь задумываюсь над вопросом, посещающем меня почти каждую ночь в наших с Киром объятиях.

Ведь папа прав, это, действительно, будет выглядеть не самым лучшим образом, типа:

«Мальчик, а у тебя есть брат или сестра?»

«Да.