Небо в мечтах (СИ)

Он прекрасно знает, что это было, видит по её взгляду, но говорить ничего не хочет, лишь удобнее укладывает ладони на её талию, одной пробираясь под майку, чтобы пальцы почувствовали теплоту кожи.

— Не боись, Ксюха, мне твоего добра не надо, слишком уж нервозный, — фыркает Олеся, кидая на меня язвительный взгляд, от которого хочется закатить глаза.

Но младшая не слушает, удобнее устраиваясь на коленях Кирилла и упираясь ледяным носом в его шею, отчего по телу у обоих бегут мурашки.

— Пошли домой? — больше утверждает, чем спрашивает парень, целуя девочку в макушку, параллельно слушая громкое цоканье Олеси.

Ксюша аккуратно кивает, проводя губами по подрагивающей венке Кира, от чего его губы сжимаются в тонкую полоску. Нет, ему нравится то, что с ним делает эта маленькая девочка, но он был бы очень рад, если бы они чуть поменяли место. Желательно на квартиру. Ещё лучше - на его.

Они уходят из дома Олеси через пару минут, потому что Кирилл даёт время Ксюше на объятия с её подругой. Он наблюдает за тем, как крепко Ефремова сжимает девушку в объятиях, поглаживая по спине и что-то нашёптывая на ушко.

— Ты приревновала меня к своей подруге? — ухмыляется Кир, прижимая хрупкую фигурку девочки к входной двери в своей квартире. Она отводит взгляд, закусывая нижнюю губу, от чего парню хочется завыть волком. Видимо, молодая и невинная Ксюша понять не может того, что с ним происходит, когда она так зазывает, даже сама того не зная.

— Я не ревновала, просто мне не понравилось, что вы вдвоём сидите в такой обстановке, и я…

— Приревновала, — упёрто тянет старший, целуя девушку в кончик носа, наблюдая за тем, как она слишком мило щурится. На губах появляется улыбка, какую он видел раньше, до всей этой хуйни.

— Никогда не грусти, хорошо? — просит тихо, наклоняясь к уху Ксюши. Она лишь оплетает его шею тонкими ручками, сильнее прижимаясь телом к нему.

— Мне было так плохо, — шепчет, упирая взгляд в противоположную стенку. — Я не хотела тебе об этом говорить, это ведь не твои проблемы, справилась бы сама.

От её слов Кир бесится, причём настолько сильно, что вжимает хрупкое тело девушки в дверь, придавливая ещё и своим. Он возвышается над ней со слишком устрашающими чертами лица, от которых Ксюше слишком непривычно-страшно. Девушка не видела его раньше таким, только мягкий, добрый и всегда весёлый Кир, а вот эта сторона полностью ей неизвестна.

— Ты соображаешь, что говоришь? — чуть ли не рычит он, заставляя младшую поднять на него глаза. Они наполнены каким-то страхом и непониманием, но Киру плевать.

Смысл их отношений, если она ему не доверяет, если не верит в то, что он способен помочь? К чему они стремятся тогда? О чём вообще здесь тогда может идти речь? Это бесит Астрофьева. До сцепленных зубов бесит.