Небо полное звезд. Другие мы

Учительница, краснея, отмахивается от него тетрадью:

– Иди уже! – И, качая головой, добавляет: – Негодник!

Ещё не покинувшие класс ученики хихикают, а я наблюдаю за тем, как Кай кладёт руку на талию той девушке, которая кинула ему записку. Из кабинета они выходят, обнявшись.

Уже позже, в столовой, я снова вижу эту парочку. Она сидит у него на коленях, а он пытается поймать зубами край энергетического батончика, которым она его дразнит. С ними ещё несколько ребят: парни и девушки, некоторых из них я заметила у нас в классе, других видела впервые.

Мы садимся за дальний столик, и Оливия заводит беседу про то, как они в прошлом году с классом ездили на озеро, и какой потрясающий вид открывается с какой-то вышки. Я не отвожу глаз от той компании, поэтому она толкает меня локтем:

– Не смотри на них. Будет хуже. Лучше, если они тебя не замечают.

– Кто они вообще? – Спрашиваю я, переводя взгляд на тарелку с рагу.

– Богатенькие детки?

Оливия пожимает плечами.

– Некоторые из них. Но Кай – нет.

– Кто он, этот Кай? Хулиган?

– Спортсмен. – Она мешает ложкой чай.

– Все от него без ума: девочки, учителя. Даже парни готовы ему беспрекословно подчиняться. – Оливия морщит нос. – Я так понимаю, что за заслуги в спорте у нас прощается многое: и прогулы, и опоздания, и неуспеваемость.

– Это его девушка? – Интересуюсь я, бросая взгляд на сидящую у него на коленях брюнетку, которой он по-хозяйски гладит бедро.

– Ей бы хотелось этого. – Тихо отвечает она. – Но Кай не такой. Ему нужны все девушки сразу. Хочет – позовёт её, хочет – оттолкнёт. Из-за этого Эмилия и злится.

– Эмилия. – Произношу я, ковыряясь ложкой в тарелке с остывшим рагу.

Мне, может, и не хочется думать, но я вижу, как моя соседка старается держаться от них подальше. Это вызывает у меня массу вопросов и догадок. Отсюда вытекает и закономерное желание защитить её, и вопрос: как уберечься самой, если компания этих ребят действительно может представлять для меня какую-то опасность.

Уже на выходе из столовой, в общей толпе учеников, я слышу, как Эмилия, наклоняясь к уху Оливии, шепчет:

– А ты о чём написала сегодня, блаженная? О том, как молилась всё лето?

Они с подругой смеются, а затем она кидает на меня презрительный взгляд. В нём явная угроза. «Знай своё место» – говорит он.

– Они не плохие, просто глупые. – С грустью говорит Оливия.

В её печальной улыбке всепрощение, от которого у меня накатывает приступ тошноты.

– Я не обращаю внимания, и ты не обращай. – Добавляет она.

И мы идём по коридору тихой, образцовой школы. Среди вежливых, спокойных и примерных учеников. Такие же примерные и сияющие.

Оливия улыбается, потому что давно приняла правила этой игры. А я… Я откровенно растеряна.

После уроков Оливия сопровождает меня на подвальный этаж в библиотеку.