Небо на двоих

Можешь брать машину, когда захочешь.

Он на мгновение прижал меня к груди, скорее в расчете на зрителей, но тут же отстранился. Отвел глаза, заспешил, заторопился.

– Пошли, пошли, Давид!

– Удачи! – махнул вслед уходящим Николай. А когда дверь за мужчинами закрылась, перекрестился. – Господи, благослови, чтобы все благополучно закончилось.

Он еще что-то пробормотал, взбил рукой подушку и улегся, накрывшись одеялом чуть ли не с головой.

А я стояла посреди комнаты ошеломленная и опустошенная. Мысль, что буду медленно сходить с ума день за днем, час за часом, только сейчас пришла мне в голову. Две недели, – сказал Вадим. Или даже три. Как долго, непростительно долго я не увижу его! Буду отсчитывать минуты, вечерами стоять на балконе и смотреть на горы – тихие с виду, безмятежные. Но я-то знаю, насколько они опасны в это время. Сколько ловушек таится на горных тропах, речных переправах и подтаявших снежниках.

– Черт! – пробурчала я. – Главное, связи никакой!

– Какой связи? С кем? – поднял голову Николай.

– Я имею в виду Вадима. Случись что, как сообщить?

Николай сел, снял висевшую на стуле тужурку и принялся хлопать по карманам. Искал курево – поняла я. И не ошиблась. Мужичок вытащил из нагрудного кармана мятую пачку и вопросительно посмотрел на меня.

– Да курите, – махнула я рукой, – потом проветрим.

Неторопливо закурив и выдохнув облачко дыма, Николай посмотрел на меня более благожелательно.

– Связь есть. У Вадима «Беркут», очень хорошая рация. Конечно, и она не без греха, поэтому мы стараемся выходить в эфир в одно и то же время, в двадцать Москвы. Так что не волнуйтесь, вечером узнаете, как у них дела.

– Хорошо бы… – вздохнула я. – А я смогу поговорить с Вадимом?

– Сможете, сможете, – расплылся в улыбке Николай. – Эх, дело молодое! Горячее!

Я не успела ответить, как дверь снова открылась. На пороге стояла Мадина. В руках она держала поднос, на котором исходил ароматом кофе в крошечных чашках и стояла вазочка с конфетами.

– Слышу, разговариваете… Одной пить кофе скучно, вот я и решила вам тоже сварить, – весело сообщила женщина и кивнула на Николая: – Раненому можно?

– Ему все теперь можно, только бегать пока нельзя, – так же весело откликнулась я и бросилась очищать от каких-то бумаг журнальный столик в углу.

Мадина поставила на него поднос. Передала чашку Николаю.

– Конфеты будешь? – спросила.

Но Николай отрицательно покачал головой.

Некоторое время мы молча пили кофе. Николай – на кровати, мы с Мадиной за столом.

Женщина первой подала голос.

– Надо как-то Шалико найти. Может, еще догонит Вадима…

– На чем догонит? – пробурчал Николай. – Они на вездеходе сегодня до первой хижины дойдут, значит, километров двадцать отсюда.